Воскресенье, 24.09.2017, 09:56
Приветствую Вас Гость | RSS

http://candy.ucoz.com

Главная » Статьи » Очень старые фанфики


Узы нерушимой любви часть 24
Вэллари ничего не ответила, но почувствовала, что каждая минута, проведенная в обществе Терри, приводит ее еще в большее бешенство. Какой высокомерный молодой человек!

- Тогда я пошлю кого-нибудь искать Лерри, и, как только у меня появятся новости, я вам скажу, - сказал герцог, вставая.

- Мне это кажется благоразумным, - поддержала его Элеонора, беря сумочку в руки. - Пока мы больше ничего не можем сделать, так как что если вы меня извините, то у меня есть еще незаконченные дела в театре. Ты пойдешь со мной, Терри.

- Нет, - ответил он. - Я останусь здесь и составлю компанию мисс Парадис.

Девушка удивленно уставилась на него. Она хотела было сказать, что не нуждается в его компании, но герцог опередил ее.

- Мне кажется это хорошей идеей, - сказал Ричард. - Так они поближе познакомятся. В конце концов, они же брат и сестра Софи, и родственные узы навсегда объединят их.

Это утверждение застало Терри врасплох. Он уже почти забыл, что потерянная сестра Вэллари также и его сестра. Он не знал и не понимал, но почему-то это родство не воодушевляло его, а скорее огорчало.

Со своей стороны, Вэллари чрезвычайно не понравилось предложение герцога. Она понимала, что Терренс был братом Софи, так же, как и она ее сестрой, но ей вовсе не хотелось с ним сближаться. Для нее он был просто невыносимым и самодовольным человеком.

- Я ухожу. Увидимся позже, Терри. Не забывай, что у нас есть незаконченные дела, которые мы должны решить, - предупредила Элеонора, целуя сына в щеку.

- Я тоже ухожу, - сказал герцог. - Счастливо.

Элеонора с Ричардом покинули салон почти одновременно. Терри заметил, что на мгновение на лицах его родителей промелькнула тревога. Это могло показаться смешным, но они видимо, несмотря на время, все еще испытывали дрожь, находясь рядом. Может быть, они даже все еще любили друг друга так же, как любили больше двадцати лет назад. "Неужели и я буду любить Кенди через столько лет?" спросил он сам себя, не отрывая взгляда от двери, за которой исчезли его родители.

Вэллари заметила то же, что и Терри. Ей было очевидно, что самой большой любовью в жизни Ричарда Грандчестера была и продолжает быть Элеонора Бейкер, но тогда, почему он искал близости с ее, Вэллари, матерью много лет назад?.. Что заставило его влюбить ее в себя и соблазнить ее, зная при этом, что она была замужем? "Сладострастие, я полагаю", ответил ей разум.

- Наконец-то, мы остались одни, да? - саркастически осведомился Терри.

- Ты ведь этого хотел, - ответила она, презрительно смотря на него.

- Ты все еще злишься, - сказал Терри, приближаясь к ней. - Но, по правде говоря, у меня не было намерения целовать тебя, я просто спутал тебя с другой. Если бы я был трезв, то ни за что бы этого не сделал. Если честно, ты не мой тип.

- Я... Ты просто не представляешь, какие страдания причинили мне твои слова, - с едкой иронией ответила Вэллари. - Как я могу продолжать жить дальше, зная, что мне никогда не быть твоей идеальной девушкой?

Терри улыбнулся. Он и раньше подозревал, что она была ироничной и высокомерной, но сейчас он в этом убедился. Девушка была такой же высокомерной, как и он сам.

- Не грусти, морковка, возможно, когда-нибудь, если у меня будет настроение, я приглашу тебя на свидание.

- Ты назвал меня "морковкой"? - переспросила Вэллари не веря своим ушам.

- Да, или ты не знаешь, какого цвета у тебя волосы? - улыбаясь, спросил Терри.

- У меня медный цвет волос... м-е-д-н-ы-й, понимаешь? - возмущенно заявила она.

- Нет, я уверен, у тебя цвет волос как у морковки, - не отступал Терри, - и мне кажется странным, что с таким цветом волос твое лицо не усыпано веснушками.

- С Вами бесполезно говорить, мистер Грандчестер. Очевидно, что Вы только и умеете, что оскорблять людей, манипулируя смешными словами или же пылкими действиями.

Вэллари быстро вышла из салона в коридор, однако, она не сделал и трех шагов, как Терри схватил ее за руку и привлек к себе.

- Говоря о пылких действиях, ты имела в виду тот поцелуй? - промурлыкал молодой человек. - Потому что если это так, я могу повторить. Тебе бы этого хотелось, Вэллари?

Девушка старалась вырваться из объятий Терри, но он держал ее с такой силой, что она не могла двигаться.

Со своей стороны, Терри вообще не понимал, что происходит. Эта девушка очень сильно напоминала ему Кенди. Ее черты лица, манера говорить, и движения. Все это напоминало ему о Кенди. И поэтому он не мог не чувствовать влечение к ней. Может быть, он сходит с ума, но, находясь в такой близости от Вэллари, он думал, что находится рядом с Кенди. Сейчас для него ничто не имело значения, кроме желания поцеловать эту девушку и мечтать о том, чтобы это была Кенди.

Молодой человек быстро загнал ее в угол стены. Она смотрел прямо на нее: на ее черты лица, на вздернутый носик, на приоткрывшиеся губы. Все эти черты были такими же, как у Кенди. Если бы у нее были зеленые глаза, то он бы и вовсе не сомневался, что это была Кенди. Он должен был поцеловать ее и узнать, такой же ли вкус ее губ. Ему нужно было утолить жажду своего сердца.

Терри склонился и собирался уже поцеловать ее, как услышал сильный и хорошо известный ему голос.

- Я, наверное, невовремя?

Сердце Вэллари остановилось. Она знала, кому принадлежал этот голос, по которому она тосковала с тех пор, как уехала из Чикаго. Собравшись с силами, она высвободилась из объятий Терри и решилась встретиться лицом к лицу с обладателем голоса. Однако, посмотрев в его глаза, которые в ее памяти смотрели на нее нежно и спокойно, сейчас были холодны и безжизненны.

- Не стоит прерываться из-за меня. Я не хотел вас беспокоить, - сказал Альберт, не зная, что почувствовал он: злость или грусть, когда увидел Вэллари вместе с Терри.

Актер также посмотрел на своего друга и заметил, что он сильно изменился. Сейчас он был одет, как настоящий джентльмен и глава семьи Эндри. Его волосы были уже не такими длинными, дымчатые очки исчезли, и когда-то беззаботная улыбка тоже пропала. Да, это был уже другой человек, однако юноша чувствовал, что его старый друг хоть внешне и изменился, но остался прежним бунтарем.

Однако Терри вовсе не хотелось быть с ним вежливым, и тем более радоваться встрече с этим человеком. Он был так зол на Кенди, что все, что было связано с ней, в том числе и ее друзья, были ему противны.

- Посмотрите, кого мы здесь видим. Главу семьи Эндри! Не каждый день можно встретиться с такой личностью. Очень жаль, что здесь нет твоей подопечной, чтобы завершить картину.

- Как ты, Терри? - спросил Альберт, сохраняя спокойствие.

- Как я? Очень плохо. Даже ужасно, особенно с тех пор, как я познакомился с девушкой по имени мисс Кендис Уайт Эндри, - с иронией ответил Терри. - Ты всегда ее так защищал, Альберт, но зачем? В конце концов, она превратилась в кошмар... самый жестокий кошмар в моей жизни.

- Извини, но я не разделяю твое мнение насчет нее. Для меня Кенди никогда не была кошмаром. Ты сейчас говоришь очень зло и не обосновываешь своих слов. Но я не могу судить тебя за это. Твой характер такой вспыльчивый, и я понимаю тебя.

- Понимаешь меня? Ты никогда не сможешь понять меня, Альберт! Ты еще не любил так, как люблю я, чтобы понимать что-нибудь... понимать, что сжигает меня внутри, - заявил Терри, переходя из гнева в тоску.

Альберт заметил, как дрожат руки актера. Он уже раньше заметил, как он изменился. В тот раз в Чикаго, опьяненный алкоголем, он бродил по кварталам, ища спокойствия для души. Сейчас он выглядел еще отчаяннее, чем тогда. Наверно, известие о возможной связи Кенди и Томаса ошеломило его и привело к тому, что он снова начал пить. И поэтому у него такая неуправляемая дрожь. Терри опять запил.

- Если бы ты подумал, то понял бы, что вино не решение твоих проблем, Терри. Если бы ты не пил, то понял бы, что ты теряешь свою нормальную жизнь, - повторил Альберт.

- Пью я или нет, это не твое дело. Лучше посвяти себя заботе о своих племянниках, потому что если ты этого не сделаешь, то я тебя уверяю, что Нил долго не проживет, - взбешенно заявил Терри.

- Нил? А при чем тут он? - не понимая, спросил Альберт.

- При всем. Он украл у меня Кенди. И я клянусь тебе, Альберт, что точно убью его.

Альберт ничего не понимал. Нил с Кенди? Невозможно. Здесь какая-то ошибка.

- Если ты успокоишься, Терри, то мы могли бы об этом поговорить, - сказал Альберт.

- Пока я не увижу Нила мертвым, я не успокоюсь!

Альберту все это не нравилось. Он должен был увести Терри в другое место, так как если они и дольше будут стоять в коридоре, то о возникшей проблеме узнает вся гостиница.

- Пойдем, Терри, поговорим в другом месте, - предложил Альберт.

- Да отстань ты от меня! - крикнул Терри. - Я уже не мальчишка, которого ты мог опекать.

- В этом ты ошибаешься, мой друг, ты продолжаешь быть тем же незрелым и вспыльчивым мальчишкой, каким и был раньше, - оскалился Альберт и направился к Вэллари. - Очень жаль, но мне придется забрать с собой Вашего друга, мисс Парадис, так как мне надо уладить кое-какие проблемы. С Вашего разрешения.

И ничего больше не говоря, он силой схватил Терри, и повел его к салону, где ранее происходила встреча. Он толкнул актера внутрь и закрыл дверь.

- Итак, Терри, что ты там говорил насчет Нила и Кенди? Я хочу, чтобы ты все мне объяснил, - приказал Альберт.

Молодой человек повернулся к Альберту, и тот заметил, что он был очень зол.

- Он подло использовал ее. Не сделав ее своей женой, он осмелился затащить ее в свою постель, но это не все, он еще и нарисовал ее нагой! - выпалил Терри.

Альберт не мог поверить в то, что слышал.

- Ты, наверное, все неправильно понял, Терри. Между Нилом и Кенди ничего нет и не было. Да, верно, он влюблен в нее, но то, что ты сказал, не может быть правдой, - ответвил Альберт.

- Это ты ничего не понял, Альберт. У меня есть эта картина. Я не схожу с ума, эта картина настоящая, и нарисовал ее Нил.

- И как эта картина попала к тебе? - сомневаясь, спросил он.

- Мне ее отдала Элиза.

После ответа Терри Альберт все понял. Если вмешалась Элиза, то точно, что это все была ложь.

- Терри, я понимаю, как ты себя сейчас чувствуешь, на твоем месте я бы чувствовал то же самое. И если Элиза дала тебе эту картину, то, несомненно, Нил нарисовал ее.

Слова Альберта нанесли ему безжалостный удар. В глубине души, он надеялся, что он переубедит его и скажет, что между Нилом и Кенди ничего нет. Но он лишь подтвердил это.

- Однако, - продолжал Альберт, - я не хочу сказать, что Кенди позировала ему. Я знаю, что Нил влюблен в нее, но он очень сильно изменился и теперь не преследует ее, как раньше. Но он начал рисовать ее. В его комнате очень много картин с изображением Кенди, но она никогда не видела их, даже я не видел их все. По правде говоря, я бы никогда не подумал, что его воображение зайдет так далеко. Я уверяю тебя, что Кенди никогда не позировала ему. Скорее всего, Элиза нашла эту картину и решила отдать ее тебе, поскольку знала, что ты будешь страдать из-за этого.

Терри, услышав слова своего друга, почувствовал, как нежное и ободряющие тепло разливается у него в груди. Его страхи и ревность понемногу рассеялись, однако у него все же оставались сомнения.

- И что заставляет тебя думать, что все это время Нил был таким хорошим? Он всегда был задирой и хулиганом. С какой стати он должен был измениться? Он мог просто-напросто притворяться перед тобой, а сам в это время совращал Кенди. Это его стиль. С чего ты взял, что он не сделал ее своей любовницей за твоей спиной?

- Терри, ты когда-нибудь смотрел ей в глаза? Хотя бы секунду? Если смотрел, то знаешь, что она прозрачная, как стекло. Она ничего не скрывает, и бесхитростная, как маленькая девочка. Она красива не только снаружи, но и внутри. Она бы никогда не сделала того, за что потом ей было бы стыдно. Ты прекрасно это знаешь. Она хорошая и добрая, и не заслуживает, чтобы ты так плохо о ней думал.

Терри ничего не ответил, потому что понимал, что Альберт был прав. Кенди не способна был уступить Нилу. Она никогда ни в чем не лицемерила, и он это прекрасно знал. Она была не способна сделать что-то, что подвергло бы риску ее добродетель.

- Если не смотря ни на что, ты все еще сомневаешься в добродетели Кенди, - сказал Альберт, но уже не серьезным, а озорным тоном, - то ты можешь сам убедиться в том, что она чиста.

- Убедиться? - переспросил он.

- Да, но я не думаю, что должен объяснять тебе, как это сделать, правда? - осведомился Альберт.

- Ты просишь меня, чтобы я ее совратил, чтобы убедиться в том, что она девственница? - спросил Терри, не веря в то, что говорил Альберт.

- Нет, я не хочу, чтобы ты ее совращал. Я хочу, чтобы ты вновь пробудил в ней любовь к тебе. Если она примет тебя и вновь отдаст тебе свое сердце, то ты сможешь убедиться в ее добродетели. Но перед этим ты, разумеется, должен будешь жениться на ней. Я не позволю, чтобы у вас была незаконная связь. Я как-никак ее опекун. Однако в этом случае тебе придется расстаться с Сюзанной.

- Я не могу этого сделать, Альберт. Даже если бы я сделал это, я бы все время чувствовал свою вину перед Сюзанной. Она ведь пострадала из-за меня... спасла мне жизнь. И это вынуждает меня быть с ней всегда рядом. Это вопрос чести, - ответил Терри.

- Тогда оставь Кенди в покое и пожелай ей счастья с кем-нибудь другим. Например, с Томасом Хэтуэйем, - изрек Альберт, зная, что вновь разбудил в нем собственника.

- О, нет, не позволю! - заявил он.

- Тогда, Терри, тебе придется выбирать: или быть вместе с Кенди или же прожить всю свою в боли и сомнениях с Сюзанной.

- Тебе легко говорить... ты не на моем месте... я... мне нужно время, чтобы все обдумать, - ответил Терри.

- Лучше не думай долго, так как кажется, что Томас уже начал действовать. Я точно не знаю, но мне кажется, что он умный, галантный, и его окружает аура ностальгии, которая почему-то так нравится женщинам. У него есть все качества, чтобы понравиться Кенди.

- Прекрати, пожалуйста, - попросил Терри. - Я все понимаю и знаю, что Томас мой соперник. Я понял это еще на празднике в доме мэра. Он ей нравится, и. как я понимаю, поэтому она решила уехать с ним. То же самое об этом мне говорил и Арчи. Но, несмотря на все свои чувства, я ничего не могу поделать. Будучи помолвленным с Сюзанной, я связан по рукам и ногам.

- Ты говоришь, что Кенди уехала с Томасом? - удивленно спросил Альберт.

- Да, - грустно подтвердил он.

- Сейчас я понимаю, почему ни ее, ни Арчи, ни Анни нет в гостинице. Должно быть, они все вместе уехали. Я думаю, что начинаю понимать, какую роль играет этот парень, - широко улыбнулся Альберт.

- О чем ты? - спросил актер.

- Да так, ни о чем, - ответил он. - Я ухожу, у меня есть еще незаконченные дела, которые надо решить.

- Ты оставляешь меня в таком состоянии? - спросил Терри.

- Я тебя оставляю для того, чтобы ты все обдумал и принял благоразумное решение, Терри. Но ты не волнуйся, ты знаешь, что каждый раз, когда тебе потребуется моя помощь, я всегда приду, чтобы поговорить с тобой и найти решение твоей проблемы, - сказал, подходя к двери и открывая ее.

- Спасибо, Альберт, - поблагодарил он его.

- Не стоит благодарности. Для того и существуют друзья, чтобы помогать друг другу, - ответил Альберт, подмигивая актеру.

Альберт вышел из салона гораздо спокойнее, чем ранее вошел в него. Он знал, что Терри, начиная с этого момента, будет действовать благоразумнее и, возможно, решится разорвать свою помолвку с Сюзанной. Это было бы лучше для всех! Если он это сделает, то его малышка Кенди вновь будет счастливой, и он выполнит свою цель опекуна и друга!

Молодой человек шел по коридору к лестнице, чтобы спуститься в свой номер. Он знал, что должен был делать сейчас. Однако, на своей дороге он увидел рыжеволосое создание.

Вэллари стояла на том же месте, где они с Терри оставили ее. Она стояла спокойно, но было заметно, что она нервничает. Он понял это, увидев, что она перебирает пальчиками складки своей юбки. Она казалась такой красивой: волосы свободно ниспадали ей на плечи и спину, ее щеки и губы вернули свой цвет после болезни. Глядя на нее, он мог бы вынести все ее выходки. Однако, несмотря на то, что у него было доброе сердце, он был уверен, что не нужен ей, и ждет она не его, а кого-то другого.

Альберт прошел мимо нее, даже не посмотрев в ее сторону. Она почувствовала, как сердце ее разбилось на тысячи маленьких кусочков. "Он меня ненавидит", подумала она. Она хотела обернуться и догнать его. Сказать ему, что между ней и Терри ничего не было и нет. Но она удержалась от этого порыва. У нее не было сил сейчас говорить с Альбертом. Она хотела сделать это, но знала, что не смогла бы сейчас встретиться с ним лицом к лицу и вынести его взгляд, полный презрения. Она предпочла, чтобы все осталось, как есть. Она должна была вновь противостоять грустной реальности и вспомнить, что любовь и нежность не предназначены для нее. Девушка еще немного подумала об этом, шагая в другую сторону от Альберта, и постепенно ее силуэт затерялся в бесконечности коридора.

Альберт обернулся, чтобы еще раз посмотреть на нее, но она уже ушла. Его сердце внезапно сжалось. Он не хотел об этом думать, но не мог; он знал, куда пошла Вэллари. Наверняка, она пошла к Терри.

Сейчас все стало на свои места. Она была влюблена в него. Она любила его. Он понял это и не хотел больше об этом думать, чтобы не причинять себе еще больше боли. У него были важные дела, и он должен был их решить. Его семья стоит на первом месте. Кроме того, в течение двадцати лет он прожил в одиночестве и мог прожить так же еще много лет.

Альберт спускался по лестнице, думая о том, что ему предстоит сделать, но в своем сердце, там, где жила боль, он знал, что никогда больше не почувствует к другой женщине то, что чувствовал к Вэллари Парадис.


У Сюзанны Марлоу болело сердце. Она целый день не видела Терри, и от этого ей было очень плохо. Он был светом ее жизни, единственной причиной, по которой она продолжала жить. Но видимо, несмотря на то время, что они были вместе, Терри так и не смог полюбить ее.

Кроме того, постоянное давление ее матери и Джоан вгоняло ее в еще большую тоску. Обе женщины договорились, что сделают все, чтобы поженить их, не спрашивая мнения ни Сюзанны, ни Терри.

Она не хотела в этом участвовать. Она бы не смогла вынести, что когда-нибудь Терри будет осуждать ее за эгоизм, и впоследствии возненавидит ее. Но как она могла противоречить своей матери? Всегда, с тех пор, как себя помнила, она делала все, о чем просила ее мать. Она никогда не возражала, не смогла бы и сейчас. Не видя никакого выхода, она приняла предложение двух женщин и лишь просила Господа, чтобы Терри никогда не узнал об этом подлом и грязном плане, который они собираются осуществить.

Девушка посмотрела на сумочку, которая лежала у нее на коленях. Медленно открыв ее, она достала из нее зеркальце и посмотрелась в него. Да, она была красивой. Она всегда это знала. Томас много раз говорил ей об этом. Он сравнивал ее с богиней. Тогда почему Терри не любит ее? Что в Кендис Уайт такого, чего не было в ней? Да, она могла свободно передвигаться, танцевать и бегать, но это все было несущественным. В ней было что-то большее, что привлекало его в ней. "Она была с ним, и вот почему он не может забыть ее". Девушка резко убрала зеркало, и у нее на глазах выступили слезы.

- Сюзанна, милая, что с тобой, моя девочка? - спросила миссис Марлоу.

- Ничего, но я не очень хорошо себя чувствую. Пойдем домой, мама, - попросила она.

- Нет, Сюзи. У нас появилась единственная возможность поймать Терренса. Мы не можем уйти, - сказала женщина.

- Мама, я не хочу обманывать Терри... это нечестно, - нервничая, ответила девушка.

- Пожалуйста, Сюзи, хватит говорить глупости. Мы уже об этом говорили. Ты прекрасно знаешь, что у нас нет другого выхода. Или мы осуществим наш план или же ты уступишь свое место Кенди Уайт.

- НЕТ! - воскликнула она.

- Тогда больше не возражай. Вот, как раз идет Джоан, - взволнованно сказала миссис Марлоу.

Медсестра вышла из дома, в котором жил Терри. Она медленно перешла улицу и приблизилась к автомобилю, в котором сидели Сюзанна и ее мать.

- Ну что, Джоан? Что тебе сказала экономка? - спросила миссис Марлоу.

- Хорошие новости, - коварно улыбнувшись, ответила она. - Мистер Терренс вновь пил вчера вечером. Как сказала экономка, он был очень зол на эту девчонку из Чикаго. Кажется, его сильно затронула статья из газеты про нее, и он поверил в это.

- Лучше не придумаешь. Это великолепный момент для нашего плана, - оживленно воскликнула мать Сюзанны.

- Да, - подтвердила медсестра. - Он легко угодит в нашу ловушку. Кроме того, мы должны воспользоваться тем, что его сейчас нет дома. Таким образом, все пройдет без сучка и задоринки.

- Тогда пойдем. Мы не должны терять времени, - объявила миссис Марлоу, не скрывая своего счастья.

- Подождите, - неожиданно сказала Сюзанна. - Я не готова сделать это. Я НЕ МОГУ СДЕЛАТЬ ЭТО!

- Что ты такое говоришь, Сюзанна? - спросила ее мать.

- Я не могу напоить Терри, а потом заставить его переспать со мной. Это уже слишком! - воскликнула девушка.

- Сюзанна, если ты этого не сделаешь, то я тебя уверяю, что Терренс уйдет от тебя к этой богатой девчонке из Чикаго, - заявила миссис Марлоу.

- Но... а если он обо всем догадается? Он возненавидит меня на всю жизнь, - печально сказала она.

- Сюзи, прекрати нервничать и беспокоиться, - спокойно произнесла медсестра. - Как ты думаешь, что для тебя самое ужасное, что может произойти с тобой?

- Что... что Терри меня оставит, - пролепетала она.

- А что надо сделать, чтобы избежать этого? - продолжала спрашивать Джоан.

- Не знаю, - ответила она.

- Разумеется, знаешь, моя милая. Единственный способ этому помешать - добиться того, чтобы Терри тебя скомпрометировал.

- Хватит, я больше не хочу тебя слушать! - яростно воскликнула девушка. - Мама, я хочу немедленно уехать.

- Сюзанна, подумай, чем ты рискуешь, - попросила Джоан.

- Сюзи, подумай, - повторила ее мать. - Я понимаю, что это ужасно для тебя, но у нас нет выбора. Если мы не сделаем этого, он бросит тебя, доченька, и тогда ты останешься одна, и даже мы с Джоан не сможем облегчить твою печаль.

- Но... если все пойдет не так, как вы думаете? Терри бросит меня... А я не смогу этого вынести, - заплакала девушка.

- Все пройдет хорошо, Сюзи. Джоан будет там, чтобы помочь тебе, - уверяла ее миссис Марлоу.

- Кроме того, то, что будет пить Терренс, будет содержать не только алкоголь, - улыбаясь, сказала медсестра. - Мы подмешаем ему снотворное, и все пойдет как надо. Тебе не следует сомневаться в нашем плане.

- Пойдем, доченька, мы не должны терять время.

Сюзанна не стала больше протестовать. Ей было ясно, что она не сможет больше противиться своей матери и медсестре.

Три женщины направились к дому, где жил Терри, и поскольку у них имелся ключ от его квартиры, они могли беспрепятственно войти в нее. Мать Сюзанны в прошлом сделала копию ключа от его квартиры, и сейчас не сожалела об этом, так как он им очень пригодился в настоящем.

Однако, они еще не сделали и шага в холл, как услышали радостный голосок:

- Привет! - воскликнула Бекки Беренгер.

- Какого черта! Кто ты? - возмущенно спросила миссис Марлоу.

- Бекки. Очень приятно познакомиться, - ответила она, приседая в почтении, как учила ее Элеонора.

- Что ты здесь делаешь? - спросила Джоан.

- Жду своего папочку, - ответила она.

Три женщины остолбенели, услышав это.

- Своего папочку? - уничтожающе повторила Сюзанна.

- Да, - ответила она.

- Только этого нам не хватало! - воскликнула миссис Марлоу. - У Терренса есть дочь. Боже мой!

- Не может быть. Тут должна быть какая-то ошибка, - пробормотала медсестра.

- А кто твоя мама? - спросила миссис Марлоу.

- Кендис Уайт, - ответила она. - Она моя мама.

Джоан и миссис Марлоу потеряли дар речи. Неужели это маленькое создание было плодом давней связи Терренса и Кендис?

- Пойдем, мама, нам здесь больше ничего делать, - сказала Сюзанна, не сдерживая слез.

Миссис Марлоу послушалась своей дочери, и все три женщины покинули здание, направились к ожидавшему их автомобилю. Они шли, ничего не замечая вокруг себя, и также не заметили девушку, которая была служанкой Элеоноры Бейкер, Джози.

Девушка, поднявшись по лестницы, увидела, что дверь открыта, и забеспокоилась.

- Бекки, почему ты открыла дверь без моего разрешения? Это нехорошо, - упрекнула Джози девочку.

- Я не открывала ее. Здесь были три женщины, которые сами открыли дверь, - ответила девочка, обнимая девушку.

- У мисс Марлоу и ее матери есть ключ от этой квартиры? Я не знала об этом. Думаю, мне лучше рассказать об этом миссис Элеоноре, - пробормотала Джози.

- Ты принесла, что я просила? - спросила Бекки, более заинтересованная тем, что находилось в сумке, а не внезапным появлением трех женщин.

- Да, это самый лучший шоколад во всем Нью-Йорке, - ответила девушка, вручая шоколад Бекки.

- Наверняка, моему папочке он очень понравится, - заявила девочка.

- Бекки, ты прекрасно знаешь, что мистер Терренс не твой папа. Нехорошо, что ты так говоришь.

- Он будет моим папой, пока не появится мой настоящий отец, - объявила Бекки.

Джози ничего не сказала. Ей так нравилась эта маленькая девочка, что она бы предпочла, чтобы Терренс был ее отцом. Девушка начала помогать Бекки готовить сюрприз для Терри. Они развесили шары по всей комнате и украсили ее цветами.

Однако, пока Джози помогала девочке, она непрестанно думала о том, что сделает первым делом, когда увидит Элеонору: расскажет ей о неожиданном визите Сюзанны и ее матери. Она понимала, что если у них есть ключ от квартиры Терри, то это очень плохой знак, и поэтому она должна была срочно все рассказать.


Путешествие в Дом Пони оказалось очень утомительным. Арчи с Анни выехали из гостиницы "Карлтон", едва первые лучи солнца появились на горизонте. Их ни капельки не волновал ни утренний холод, ни то, что они проспали всего лишь пару часов; они сели на первый поезд, идущий в Лейквуд, в надежде быстро доехать до Кенди.

Было почти шесть часов вечера, когда, в конце концов, молодые люди оказались на станции, от которой еще было несколько миль до Дома Пони. В начале, Арчи думал о том, чтобы нанять экипаж, чтобы поскорее добраться до Дома Пони, но Анни отказалась. Как она сказала, она хотела пройтись пешком до дома и вспомнить детские времена.

Они никогда раньше не говорили об этом. Арчи знал, что Анни, как и Кенди, жила в приюте, но она никогда не рассказывала ему об этих днях. Возможно, она не делала этого, так как хотела забыть о прошлом или потому, что он никогда не спрашивал ее об этом. Но одно оставалось верным: эти дни существовали в ее жизни, а Арчи о них ничего не знал.

По правде говоря, он хотел, чтобы она рассказала об этих днях и о своем детстве, но с тех пор, как они побывали в Нью-Йорке, и она узнала о смерти Боба Тейлора, между ними возникла стена. Он не хотел признаваться себе, но чувствовал, что ее отдаленность причиняет ему боль. Ему хотелось, чтобы она, как и прежде, мило беседовала с ним и смотрела на него с любовью, но по мере того, как они приближались к Дому Пони, она становилась все более далекой от него.

Она же, в свою очередь, хотела, чтобы он обнял ее и ободрил, но он, кажется, не понимал, что ей сейчас было нужно. Но и как он мог понимать ее, если не знал ее на самом деле? Да, они были помолвлены несколько лет, но они никогда не говорили друг с другом искренне и не делились своими надеждами или печалями. Они не знали друг друга. Их столько всего объединяло, но и в то же время отдаляло друг от друга. Между ними было странное ощущение близости и отдаленности одновременно. И Анни понимала, что пока она не сделает первый шаг, они так и останутся посторонними людьми друг другу.

Вскоре резко похолодало, и ветер задул со всех сторон. Арчи заметил, что Анни начала дрожать и решил предложить ей свое пальто. Это все, что он мог сделать.

- Надень это, Анни, - попросил он, протягивая ей свое пальто. - Становится холодно, ты можешь заболеть.

- Спасибо, не надо, - ответила она, не замечая его руку с пальто.

Он забеспокоился. Он понял, что она сердится, но не понимал, почему она так отнеслась к его помощи. Это было невежливо с ее стороны. Она может ненавидеть его, но почему отвергает его помощь?

- Тебе так противно накинуть мое пальто, что ты предпочитаешь замерзнуть? - сердито спросил Арчи.

- Ты не понимаешь, что говоришь, - ответила она.

- Конечно, понимаю, - произнес он. - Я понимаю больше, чем ты думаешь. Ты ненавидишь меня, как никого другого, и ты не можешь простить мне мою ошибку, которую я совершил, и ты бы, конечно, предпочла, чтобы вместо Боба Тейлора погиб я.

Анни резко остановилась и гневно посмотрела на него. Он не имел никакого права так с ней разговаривать.

- Надеюсь, ты сказал это не подумав, - хмурясь, сказала Анни.

- Не подумав? С тех пор, как мы уехали из гостиницы, ты не разговаривала со мной. Ты провела в слезах всю поездку и не позволила мне утешить себя. А сейчас ты отвергаешь мою помощь. Разве не так, Анни?

Девушка устыдилась. Как она могла быть столь бесчувственной? Все, что они пережили в последние часы, могло сломать кого угодно. Однако, она не позволяла ему утешать себя только потому, что знала, что сделай он это, она бы растаяла, и попроси он ее вернуться к нему, она бы вернулась. Но этого-то она и старалась избежать! Однако Арчи этого даже не заметил. Он вообще ничего не замечал. О, как она была сердита на него.

- Может быть, ты прав, - сказала она. - Я очень сердита на тебя, Арчибальд. Ты такой тщеславный, что просто не способен видеть дальше своего носа.

- Ты действительно так думаешь обо мне? Но ты мало меня знаешь, Анни Брайтон!

- Я знаю тебя лучше, чем ты думаешь, и поэтому говорю так. Единственное, что тебя интересует - твои и только твои собственные чувства. Тебя мало волнует, что другие страдают из-за твоих поступков. Вчера ты сказал Терри, что Кенди уехала с Томасом, прекрасно зная, что своими словами ты причиняешь ему боль. Как ты можешь быть таким жестоким, Арчи?

- Я сказал ему это, потому что это часть нашего плана. Или ты уже забыла, что сказал нам Томас? Он сказал, что мы должны говорить всем, что Кенди уехала из Чикаго.

- Но зачем ты сказал ему о Томасе? Было бы достаточно сказать, что она уехала одна. Зачем ты сказал это ему, когда знал, что он может неправильно тебя понять?

- Может быть, потому что я хочу, чтобы он оставил Кенди в покое.

Анни, услышав эти слова, почувствовала, как сердце ее разбивается на кусочки. Она так боялась услышать именно это. Он все еще любит Кенди. Несмотря на прошедшее время, он все еще не забыл ее.

- Но не так же надо завоевывать ее сердце, Арчи, - пробормотала Анни.

- Завоевывать ее сердце? Что ты такое говоришь? - недоуменно спросил он.

- Чтобы завоевать ее сердце, ты должен открыть ей свое, а не лгать. Тогда ты добьешься, чтобы Кенди обратила на тебя внимание.

Арчи не мог поверить ушам своим. Анни давала ему совет, как завоевать Кенди! Но зачем она это делает? Это совсем не то, чего он хотел сейчас. Он хотел, чтобы Анни была с ним, а не Кенди. Однако, он понял это немного поздно, но не слишком. Анни должна была узнать правду.

- Анни, я должен тебе сказать, что...

Но слова Арчи потонули в криках приветствия их подруги. Кенди бежала к ним вместе с Томасом Хэтуэем.

- АРЧИ!.. АННИ!.. Как я рада, что вы приехали! - воскликнула девушка. Она была так счастлива, что не заметила грусть на лицах своих друзей. - У нас уже есть кое-какие сведения о моем прошлом, вы можете в это поверить? Томми работал все это утро. Вы знаете, что он полицейский? Да? Хорошо, а я узнала об этом только этим утром. Сначала я рассердилась, но сейчас уже простила его. И как мне было не сделать этого, когда он столько для меня сделал? Он очень умный, и я уверена, он найдет моих родителей. Разве это не чудесно? - тараторила блондинка, беря за руки своих друзей.

- Конечно, чудесно! - ответила девушка, прилагая усилия, чтобы улыбнуться.

- Что-то произошло, Анни? - спросила Кенди, глядя на подругу.

- Нет, ничего. Лучше расскажи мне, что вы с Томми узнали.

- Мы узнали столько всего, Анни, - счастливо вздохнула блондинка. - Как мы предполагаем, меня не бросили, а похитили. У нас есть описание женщины, которая может быть причастной к этому. У нас есть ее портрет! Томми нарисовал его! Он настоящий художник!

- Ну, уж не настоящий художник, но да, у меня небольшой талант к рисованию, - признался сыщик. - Как прошла поездка?

- Утомительная, но самое главное, что мы уже здесь, - ответил Арчи.

- Думаю, будет лучше, если мы пойдем в дом и отдохнем немного, - предложил Томас. - Позже мы обо всем поговорим.

- Мне кажется, это хорошая идея, - сказала Анни, чувствуя облегчение от того, что она будет не наедине с Арчи.

Молодые люди направились к дому, а Кенди, немного успокоившись от встречи с друзьями, почувствовала, что между Арчи и Анни что-то происходит. Анни, которая всегда ходила с Арчи, сейчас отдалилась от него настолько, что можно было сказать, что она намеренно избегает его. А он, со своей стороны, выглядел удрученным и мрачным. Она должна была узнать, что с ними произошло, но для этого она должна была спросить их напрямую. Однако, она понимала, что если спросит их сейчас, то они ничего не скажут. Их надо было расспрашивать поодиночке, и первым для своих расспросов Кенди выбрала Арчи.

Вскоре они все были уже в Доме Пони. Мисс Пони с сестрой Марией радостно встретили их и быстро разместили в свободных комнатах. Кенди подумала, что настал идеальный момент, чтобы поговорить с Арчи, поскольку он, в отличие от Анни и Томаса, не ушел отдыхать в свою комнату, а вместо этого, вышел из дома, направился к холму Пони и сел там, созерцая представший перед ним пейзаж.

Кенди осторожно, как всегда, приблизилась к нему.

- Ничего, если я посижу здесь с тобой? - спросила она у него.

- Конечно, нет. Присаживайся, - ответил он, улыбаясь, но улыбка вышла грустной.

- Ты знаешь, у меня возникло ощущение, что тебе не очень хорошо. Или я ошибаюсь?

- Не ошибаешься. Мне очень плохо, - пробормотал Арчи.

- Это из-за того, что произошло у вас с Карен на празднике?

- Отчасти, - ограничился он односложным ответом.

- Арчи, ты ведь знаешь, что я люблю Анни. Она мне как сестра, и видеть ее страдающей это все равно что страдать самой.

Арчи понимал, что она имеет в виду тот инцидент в Нью-Йорке.

- Возможно, ты не знаешь, но я люблю не только Анни, но и тебя тоже.

Арчи удивленно посмотрел на нее. Она сказала, что любит его? Она действительно это сказала?

- Я все еще помню тот прекрасный весенний день, когда во владениях Эндри я встретилась с очаровательным рыцарем, который спокойно спал в лодке, когда из-за меня он чуть не упал в озеро. Ты помнишь этот день, Арчи?

- Я никогда не смог бы его забыть, - пылко ответил он.

- Я думаю, что это была волшебная встреча. В тот день мне было очень грустно, но ты одним своим присутствием смог заставить меня вновь улыбнуться и поверить в то, что, несмотря на все мои проблемы, жизнь дарит особые моменты, чтобы им наслаждаться. Я это так хорошо помню, Арчи, что могу повторить твои слова, слово в слово. Мне кажется, что с того момента я уже знала, что ты будешь очень важным человеком в моей жизни. И я не ошиблась, потому что ты мой очень хороший друг. Такой же, как Альберт, только с некоторым различием. Он - мой старший брат, которого я уважаю и к которому обращусь, если понадобиться его мудрый совет. А ты, наоборот, - мой соучастник, с которым я могу играть и смеяться, как тогда, когда была маленькой девочкой. Ты не представляешь, что все это для меня значит. Все мои шалости в Лейквуде, моя радость в особняке Эндри и мои воспоминания о Стире и Энтони неизбежно связаны с тобой. Поэтому я не могу видеть, когда мой друг, с которым я познакомилась еще в детстве, так подавлен и печален.

Молодой человек опустил глаза. Она говорила только о дружбе и ни о чем большем. Он всегда думал, что если она скажет ему, что он всего лишь на всего ее друг, он умрет от тоски. Но сейчас, когда она это сказала, он почувствовал не тоску, а освобождение. Его сердце, наконец-то, свободно!

- Не беспокойся обо мне, милая Кенди. Если я грущу, то это только потому, что я долгое время был глупцом! Глупцом, который не понимал своих истинных чувств, и которому сейчас придется расхлебывать последствия своей глупости.

- Не говори так, Арчи! Если ты хочешь вернуть доверие Анни, тебе не придется прикладывать много усилий, чтобы добиться этого. Тебе будет достаточно лишь искренне с ней поговорить. Я в этом уверена.

- Может быть, я не заслуживаю ее прощения. Может, это будет моим наказанием за то, что я не смог оценить свою истинную любовь.

- Черт побери, Арчи! Прекрати. Вы с Анни мои друзья, мои брат с сестрой, и, следовательно, я не позволю, чтобы вы расстались из-за непонимания друг друга. Так что если ты не поговоришь с Анни, то это сделаю я! - решительно заявила блондинка.

- И что ты ей скажешь? - улыбаясь, спросил он.

- Что никого сильнее на свете ты не любишь большее нее. И что инцидент с Карен был ужасной ошибкой, которую ты никогда больше не повторишь. И всю свою оставшуюся жизнь ты посвятишь любви и заботе о ней, Анни.

- Ты ангел, Кенди, - сказал Арчи, с нежностью смотря на нее.

- В самом деле, ангел-хранитель, и вновь готова исполнять свои обязанности, - смеясь ответила она.

- Спасибо, Кенди. Твои слова на меня подействовали. Я поговорю с Анни и на коленях умолю ее вновь стать моей невестой. Дай Боже, она согласится.

- Уверена, что так и будет, - заявила Кенди.

- Спасибо еще раз, Кенди, - пробормотал Арчи, беря ее руки и целуя их.

- Тебе не за что благодарить меня, и, пожалуйста, даже если она откажется вновь стать твоей невестой, то заставь ее согласиться.

- Ты серьезно? - недоверчиво спросил Арчи.

- Да, - ответила она, подмигивая.

Арчи ограничился тем, что просто улыбнулся. Кенди и вправду была мешком с сюрпризами. Неизвестно, что от нее ожидать. Но в одном она была права: он должен всеми силами бороться за то, чтобы вернуть Анни. Если она быстро примет его, то все будет отлично, но если же нет, то ему придется предпринять решительные меры, так как в этот раз, он не отстанет от нее так легко.


Патти была очень занята работой в больнице. Как доброволец, она очень много работала, помогая то маленьким детям, то старикам. Для любого другого человека, эта работа оказалась бы тяжелой, но не для нее, человека с милосердной бескорыстной душой.

Все свободное от монастыря время она проводила в больнице. Она не хотела признавать, но понимала, что в течение последних недель не чувствовала радости, когда возвращалась в монастырь. Внутри нее что-то изменилось, и она знала, что и из-за кого: из-за Роджера Кроуфорда.

Молодой человек постепенно поправлялся после ранения. Он был молод и силен, и, следовательно, процесс выздоровления протекал без осложнений. Кроме того, Патти всегда как могла развлекала его, и с каждым днем ему становилось все лучше и лучше.

Патти очень симпатизировала Роджеру. Она хорошо помнила тот день, когда в первый раз увидела его. Он пришел в монастырь, когда она заботилась о леди Парадис. Он сказал, что дочь леди будет приходить к ней каждую неделю. Патти знала, когда происходили ее посещения, так как она немедленно оставляла их одних, потому что мисс Парадис хотела посидеть с ней наедине. Тот день ничем особым не отличался, но идя по галерее монастыря, она необычно удивилась. Мужчина в монастыре! Первый мужчина, которого она видела, после долгого времени проведенного в монастыре.

Роджер не навещал с Вэллари Маргарет, потому что монахини запретили ему это. Они не хотели видеть красивого молодого человека в стенах их обители. Поэтому он всегда оставался снаружи монастыря. Но в тот день он захотел лично поприветствовать Маргарет, и как вор пробрался в галерею монастыря, где и столкнулся с Патти. Вначале она испугалась и закричала, но он прикрыл ее рот ладонью и попросил не кричать так сильно и никому ничего не рассказывать. При других обстоятельствах, Патти не сделала бы то, что он просил, но молодой человек говорил так убедительно, что она согласилась хранить молчание.

В этот день Патти и Роджер стали друзьями. После этого случая она поговорила с матерью-настоятельницей и уговорила ее, чтобы та позволила Роджеру так же, как и Вэллари, навещать Маргарет. Они практически не разговаривали, лишь обменивались вежливыми приветствиями и парой фраз, когда это было необходимо. Однако, Патти не знала, из-за чего, когда он был рядом с ней, ее сердце начинало биться быстрее. Она уже чувствовала это ощущение раньше... на "Майском фестивале" в колледже Святого Павла, где познакомилась с Стиром. Но в этот раз это ощущение было сильнее, чем тогда, в прошлом... более впечатляющим. Однако, несмотря на прошедшее время, Патти так и не смогла забыть свою первую любовь... несмотря на чувства, вспыхнувшие в ней к Роджеру Кроуфорду.

Чтобы забыть о своем смятении и смущающих ее ощущениях, Патти посвятила себя добровольной работе в больнице. Непрерывно работая, она, в конце концов, забыла не только свои возникшие чувства к Роджеру, но и чувства к Стиру.

Однако в этот день работы в больнице было не слишком много, и все, включая врачей, медсестер и добровольцев, были заняты тем, что готовились к чествованию доктора Чарльза Парадиса.

Патти воспользовалась моментом, когда от нее ничего не требовалось, и пошла в кабинет Роджера, чтобы найти коробку, о которой он ей говорил. Она быстро нашла ее, и, открыв, увидела множество бумаг, писем и фотографий тридцатилетней давности.

Все это было личными вещами доктора Парадиса. Фотографии, на которых он был молодым и только начинал изучать медицину. Несколько фотографий, где он бы со своей дочерью, которой было не больше двух-трех лет. Это были воспоминания доктора. Однако, среди всех фотографий девушка не нашла ни одной фотографии Маргарет. Патти хотела увидеть ее молодой. Она даже представила ее себе такой красивой и улыбающейся, но при этом в ее разуме почему-то появилось лицо ее подруги Кенди. Да, верно, они обе белокурые, и у них у обеих зеленые глаза, но сколько еще женщин в мире с такими волосами и глазами? "Сотни", подумала Патти. Тогда она не понимала, почему ей мерещится Кенди, когда она старается представить Маргарет молодой.

Продолжая рассматривать вещи в коробке, она нашла пару писем официального характера. Эти письма были от нескольких больниц, приглашающих доктора Парадиса на конференции. Не очень-то и интересно.

Патти подумала, что не стоит огорчаться, и продолжила свое дело, но вскоре под грудой бумаг она обнаружила бархатную шкатулочку с маленьким висячим замком. Это была женская шкатулка, которая не должна была иметь ничего общего с доктором Парадис, но что тогда она делала в его вещах? Патти стало ужасно любопытно, что находится в ней, но это было невозможно, так как на шкатулке был замок. Тогда девушка поставила шкатулку на стол, и начала складывать все бумаги обратно в коробку. И вот уже повернулась к двери, чтобы выйти из кабинета, как увидела на пороге мужчину.

- Извините. Я думал, что здесь никого нет, - сказал Фредерик Паулан. - Я оторвал Вас от работы.

- Конечно, нет, мистер Паулан, проходите, - пригласила девушка войти его в кабинет. Она знала, что этот человек - кузен покойного доктора Парадиса.

- Вы просматривали бумаги? - спросил он, увидев коробку около ног Патти.

- Да, искала что-нибудь, что могло бы помочь нам для праздника в честь доктора Парадиса, - ответила девушка, надеясь, что он не обратит внимания на шкатулку на столе.

- Понятно. Значит, мы делаем одно дело. Я тоже пришел сюда за этим. Один из врачей сказал мне, что коробка с личными вещами моего кузена в этом кабинете, и поэтому я здесь.

- Должно быть, это та самая коробка, которую я только что начала смотреть, - Патти умышленно так сказала, потому что, несмотря на любезность мистера Паулана, она не доверяла ему.

- Может быть, я посмотрю, что в коробке? - спросил он.

- Конечно, - ответила она, как бы невзначай подойдя к столу, где стояла шкатулка.

- Спасибо.

Патти воспользовалась моментом, когда мужчина обратил свой взгляд на коробку, и взяла шкатулку.

- Ну, тогда я оставлю Вас одного, чтобы Вы смогли спокойно посмотреть, что в ней. С Вашего разрешения.

- Подождите, сестра! - внезапно окликнул он ее.

Патти вздрогнула, сжимая за спиной шкатулку руками.

- Да, мистер Паулан, - дрожа, сказала она.

- Мой мажордом, Эрнест, сказал мне, что вы хотели поговорить со мной относительно Мэгги. У меня не было времени тогда, чтобы обсудить это с Вами, но если хотите, то мы можем поговорить сейчас.

- Благодарю Вас за любезность, мистер Паулан... но... это уже не имеет значения, - ответила Патти, медленно передвигаясь к двери.

- Вы в этом уверены, сестра? - настаивал он.

- Уверена. Приятного вам вечера!

Патти быстро вышла за дверь и бегом побежала от кабинета в комнату отдыха. Там она спрятала шкатулку в своих вещах. Она не знала почему, но ей казалось, что в этой шкатулке содержится правда... правда, которая могла бы спасти леди Парадис. И хотя это казалось странным, но ей почему-то подумалось, что Фредерик Паулан пришел именно за этой шкатулкой.


Элиза была крайне возмущена. Дэвида не было всю ночь. Где, черт побери, он шлялся? и с кем? От одной только мысли, что он мог быть с другой, ее просто начинало трясти. Она не вынесет, если он ее обманывает с другой. Она могла бы пережить, что эта Кендис Уайт станет единственной наследницей всего состояния Эндри и выйдет замуж за Терри, но она просто не смогла бы вынести предательство Дэвида. Он принадлежал ей и никому другому.

Девушка нервно ходила из стороны в сторону по комнате. На ней был лишь легкий пеньюар, и она ждала Дэвида уже несколько часов. А его все не было. Ее терпение начинало иссякать, глаза сверкали гневом. Никто не может так поступать с Элизой Леган.

Элиза приблизилась к большому окну в комнате и почувствовала, как ее сердце затрепетало. Дэвид подходил к дому. Наконец-то, он пришел. Она в раздражении сбежала по лестнице вниз и остановилась как раз перед ним.

- Дэвид, любовь моя! - бросилась она ему в объятия.

- Ты все еще здесь? - удивленно осведомился он.

Она возмутилась, услышав его вопрос. Она надеялась, что он так же, как и она, будет рад ее видеть, но все произошло не так, как она ожидала. Он выглядел разочарованным и злым.

- Глупец! - воскликнула она, давая ему пощечину.

Артур Джексон не был приучен, чтобы кто-либо поднимал на него руку и тем более эта безмозглая девчонка. Он схватил Элизу за плечи и сильно встряхнул ее.

- На меня никто не поднимает руку. Ты понимаешь? НИКТО! - зловеще произнес он и с силой отшвырнул ее от себя.

Элиза почувствовала, как в ее глазах появились слезы, но эти слезы были не от печали или обиды, эти слезы были слезами ярости.

- Проклятый глупец! Как ты осмеливаешься относиться ко мне таким образом?! Я Элиза Леган, член семьи Эндри, самой могущественной семьи Чикаго! Ты не можешь так унижать меня!

- Что я не могу? Милая моя, если ты не заткнешься, я преподам тебе такой урок, что ты никогда не сможешь его забыть.

Артур оставил Элизу одну в холле. Он начал подниматься по лестнице в свою комнату, в то время как Элиза, полная отчаяния, догнала его и сердито спросила:

- Где ты был все ночь? Отвечай мне!

- Это тебя не касается, - ответил он, толкая девушку.

- Ты был с другой женщиной? - настаивала она, не желая отпускать его.

- Конечно, я не был с женщиной, - сказал Артур. - Я был с сотнями женщин.

Элиза замерла. Как он мог так говорить с ней? Как он мог ее предать?

- Как ты можешь быть таким мерзавцем? - возмущенно спросила она. - Я отдала тебе свою девственность, отдала ее тебе, думая, что ты любишь меня...

- Люблю? Ты спятила. Я никого не люблю, моя милая, тем более таких женщин как ты.

Девушка вся сжалась. Этот человек был несчастным неудачником, который обращался с ней как с дешевой девкой, но, даже зная это, она продолжала желать и любить его. Она не могла так просто сдаться. Она должна была разыграть свою последнюю карту.

- Ты ничего не стоишь, Дэвид Кэйн, ты слышишь, ты не должен был так обращаться со мной. Как ты думаешь, что скажет полиция, когда узнает, что именно ты убил... о, простите... отравил тех людей два дня назад?

Артур растерянно посмотрел на нее. Она ему угрожала? Она понятия не имеет, какую совершила ошибку, но он ее проучит.

- Смотри, милая моя, - злобно промурлыкал он, обнимая ее. - Если ты осмелишься сказать кому-нибудь о том, что произошло два дня назад, то твой брат поплатится за твою болтливость.

- Убей его, если хочешь! - заявила она. - Для меня это не имеет значения, так же как и твои угрозы.

Артур отпустил Элизу. Что за демон в юбке!

- Убирайся, пока я ничего с тобой не сделал, - сердито пробормотал он.

- Я не хочу уходить, - пылко прошептала она. - Я хочу остаться с тобой и вновь быть твоей.

Артур вновь посмотрел на нее. Эта особа была очень подлой, но он узнал ее слабое место: она была влюблена. До чего же глупа! Это приведет ее к погибели.

- Так значит, ты готова умереть ради того, чтобы еще раз оказаться в моей постели? - спросил он, вновь привлекая девушку к себе.

- Да, - ответила она, целуя его губы.

Артур не мог сопротивляться ей. И вот уже через несколько мгновений они были у него в постели, и он любил ее, как она того желала. Элиза улыбнулась: она была счастлива, что он вновь был с ней.

Между отдышкой и нездоровыми ласками, Артур обдумывал ситуацию. Возможно, Элиза ему еще пригодится, ведь она может прямиком привести его к цели: к Кендис Уайт.

Мужчина начал двигаться внутри девушки с нахальным насилием, слушая ее ужасающие слух фразы.

- Ты хочешь знать, где я был? - спросил Артур, не прекращая свои движения.

- Да, - дрожа, воскликнула она.

- Я делал свое любимое дело, - ответил он. - Все вышло превосходно.

- Ты кого-нибудь убил?


Категория: Очень старые фанфики | Добавил: Владанна (04.04.2011)
Просмотров: 354 | Рейтинг: 5.0/2
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]

Форма входа

Поиск по сайту

Опрос

Сайт оказался для Вас полезным?
Всего ответов: 301

Статистика


Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Смотреть и скачать лучшие сериалы и мультсериалы

Раскрутка сайта, Оптимизация сайта, Продвижение сайта, РекламаКультура и искусство :: Кино

Каталог ссылок. Информационный портал - Старого.NETRefo.ru - русские сайты

Каталог ссылок, Top 100.Яндекс цитирования

Рейтинг@Mail.ru

http://candy-candy.org.ru/Сайт о Кенди

Семейные архивы