Суббота, 16.02.2019, 14:06
Приветствую Вас Гость | RSS

http://candy.ucoz.com

Главная » Статьи » Недавние фанфики


Столкновение в вихре (глава 2)
ГЛАВА 2
Письма Кенди

После отъезда Кенди Альберту пришлось исполнить тяжелые обязанности и сообщить семье эти плохие известия. После долгих размышлений он решил созвать самых близких родственников, включая Лока и Энни, чтобы рассказать им о случившемся.

Когда он вошел в свой кабинет в огромном особняке в Чикаго, все уже собрались. Тетушка Элрой восседала в своем любимом кожаном кресле. Рядом с ней на роскошном темно-синем диване сидели Арчи и Энни. Лиза и ее мать устроились на софе около большого окна, закрытого тяжелыми шелковыми портьерами. Мистер Лока и Нил стояли около этих двух женщин, на лице пожилого мужчины отражалось нетерпение, а последний бездумно уставился в окно. Лиза любовалась своей прической, с беспокойством оглядывая себя в большом зеркале: ведь девушка не могла упустить возможность обольщения самого могущественного члена семьи Одри, который вдобавок был довольно симпатичным молодым человеком.

- Я рад встрече с вами, - начал Альберт, безмолвно произнося молитву.

- К вашему сведению, я отменил важное заседание, чтобы присутствовать здесь, так что надеюсь, что эта встреча того стоит, - сказал мистер Лока.

- Постараюсь быть кратким, - ответил Альберт дяде.

- Но сначала я хотел бы узнать, почему нет Кенди, - раздраженно спросил Арчи. - Не забывайте, она тоже член семьи.

- Только формально, - беспечно отозвалась Лиза.

- Итак, - сказал Альберт, проигнорировав комментарий девушки, - у меня был важный повод для этой встречи. То, что я собираюсь вам сообщить, непосредственно связано с Кенди.

В это момент Нил внезапно очнулся от размышлений и устремил сосредоточенный взгляд на молодого человека. Альберт сел в свое кресло за внушительным столом красного дерева и предложил стоящим мужчинам сесть. Затем он на несколько секунд замолчал, попросив у бога храбрости.

- Дело в том, - наконец, произнес он, - что некоторое время Кенди не будет в Чикаго.

- Что? - переспросила Энни, впервые за этот вечер раскрыв рот. - Но она не говорила, что собирается переезжать.

- Похоже, у нашей Кенди в запасе много сюрпризов, - с ухмылкой добавила Лиза.

Альберт снова не обратил внимания на ее иронию и продолжал:

- Она никому ничего не сказала, даже мне.

- Но почему? - озабоченно спросил Арчи.

- Я был бы признателен, если бы вы оставались спокойны, услышав то, что я скажу, - произнес Альберт.

- С чего бы это, Уильям Альберт? - впервые заговорила миссис Лока. - это так серьезно?

- Э-э, тетя... Кенди уехала из Чикаго, потому что она решила стать сестрой милосердия в армии США.

Энни беззвучно вздохнула, а Альберт сделал паузу, чтобы восстановить силы.

- Сейчас она, наверно, во Франции.

Альберт остановился, чтобы увидеть реакцию присутствующих, благодаря Бога, что сумел сказать все самое худшее.

- Что это значит? - сердито сказал Нил, сжав кулаки. - Хочешь сказать, что она пошла на верную смерть, как Стир?

- Прекрати, Нил, - прервал его мистер Лока, понимая гнев сына.

- И не подумаю, отец, - огрызнулся тот и снова повернулся к Альберту. - Почему ты ничего не предпринял, чтобы предотвратить эту глупость? Разве ты не ее опекун?

- Это правда, - как можно спокойнее ответил Альберт. - Она никому ничего не говорила. А когда она чего-то хочет, то всегда добивается своего.

- Да ты просто неудачник, Уильям Альберт. И как только тебе доверили такую ответственность! - со злостью пробормотал Нил, готовый ударить его, что бы и случилось, не помешай ему его отец.

На несколько бесконечных секунд в комнате воцарилась тишина, в которой послышались рыдания Энни. Она спрятала лицо в ладонях, а Арчи был так ошеломлен, что даже не заметил этого и не поспешил успокоить невесту.

- Эта девушка приносит нам одни неприятности, - проговорила тетушка Элрой, нарушая тишину.

- Это не так, тетушка, - твердо ответил Альберт. - Я не стыжусь ее поступка, а скорее горжусь ее храбростью и самоотверженностью. Она действовала как взрослая женщина, коей и является, и мы должны смириться, даже если это причиняет нам боль. Я пригласил вас сюда, так как думал, что вы имеете право знать обо всем. Кенди едет во Францию, чтобы позаботиться о благополучии наших солдат и если кто-то спросит мое мнение, я горжусь этим. Если же вам стыдно за нее, это лишь доказывает, насколько вы слепы и не способны видеть настоящие достоинства.

- Я не собираюсь тебя слушать, - сказал Нил. - Раз ты не собираешься ее остановить, это сделаю я.

И молодой человек, двигаясь с такой скоростью, как позволяло его опьянение, вышел из комнаты, хлопнув дверью.

- Нил, - сердито позвала миссис Лока. - Сейчас же вернись!

- Слишком поздно, тетя, он не сможет ничего поделать. Я пытался, - сказал Альберт. - Он скоро и сам поймет, что это бесполезно.

Миссис Лока обречено вздохнула и поискала глаза мужа, требуя поддержки.

- Прошу оставить меня наедине с Арчи и Энни, - проговорил Альберт, обращаясь к тетушке Элрой и Лока.

- Конечно, дорогой, - со странным выражением лица ответила Лиза.

"Такое впечатление, будто она... счастлива?" - с ужасом спросил себя Альберт. Действительно, с того самого мгновения, как девушка услышала, что ее соперница исчезла, ее лицо озарял странный свет. Темное сердце Лизы прыгало от радости. "Как мне повезло, - думала она. - С таким везением недолго ждать, что шальная пуля навсегда освободит меня от ее присутствия".

Лока и миссис Одри неспешно вышли из комнаты. Только теперь, когда друзья остались одни, Арчи нашел храбрость открыть свое сердце.

- Что нам делать, Альберт? - сердито спросил он, но в каждом его слове сквозило отчаяние. - Неужели ты не понимаешь, что может произойти? На войне случаются ужасные вещи. Я вздрагиваю от одной мысли о...

- Я тебя прекрасно понимаю. Я там побывал, помнишь? - резко ответил Альберт, неспособный больше сдерживаться.

- Но ведь она женщина. Ты хоть представляешь, что может...

- Прекрати, Арчи, - со слезами на глазах воскликнула Энни, и из ее груди вырвались рыдания. - О, Альберт, это все из-за меня, из-за меня...

- О чем ты, Энни? - сердце Альберта сжалось от жалости к этой чувствительной девушке.

- Я самая близкая ее подруга... Но я не распознала ее намерений... а должна была увидеть по глазам, по последнему объятию... но я была слепа.... Я могла ее остановить.

- Ерунда, Энни! - вскричал Арчи, сердито посмотрев на нее. - Эту дурочку ничто не остановило бы. Ничто и никто. Разве ты остановила ее, когда она бежала из школы Святого Павла? Разве она что-то тебе рассказала? Конечно нет, да если бы она и сделала это, нам бы не помогло. Мы не в силах преодолеть ее упрямство.

- Арчи! - вскричала Энни и зарыдала еще громче.

- Хватит, Арчи, - твердо сказал Альберт, поразившись реакции молодого человека.

- Никто не смог бы остановить ее, - лихорадочно продолжал тот, не слыша мольбы Энни и Альберта. - И знаешь, почему, Энни? Да потому что в этом чертовом мире только два человека могли ее переубедить, но один из них семь лет назад умер, а другой... Этот ублюдок спокойно живет в Нью-Йорке и даже не вспоминает о ней, а мы...

- Я сказал, хватит! - вскричал Альберт.

Арчи замолчал, испугавшись собственных слов, и молча вышел из комнаты. Энни бросилась на диван, продолжая плакать так громко, что Альберт испугался за ее состояние. Он быстро подошел к дивану и положил теплую руку на ее плечо.

- Не плачь, Энни, - шепнул он. - Он не хотел сказать ничего дурного, просто он расстроен. Уверен, он вспомнил, что произошло со Стиром. И сейчас Арчи думает, что то же может случиться и с Кенди, но это не так. Ведь Кенди не солдат, а медсестра.

- Но на войне медсестры тоже гибнут, - всхлипнула Энни, утирая слезы.

- Я предпринял меры для ее защиты, - проговорил Альберт.

- Меры? Какие меры? - спросила она.

- Я расскажу, когда придет Арчи. Пойду поищу его, - с этими словами Альберт вышел из комнаты, оставив девушку наедине с ее горем.

Он обнаружил Арчи на балконе соседней комнаты. Молодой человек бездумно смотрел на горизонт.

- Арчи?

- Альберт, - отозвался он. Ему было стыдно за свое поведение. - Я... Прости меня. Не знаю, что на меня нашло. Просто это так трудно переварить, - горько пробормотал он.

- Думаешь, мне не трудно? - спросил Альберт, давая волю своему отчаянию. - Кенди - моя протеже, и я очень ее люблю. За эти годы она стала самым близким для меня человеком. С тех пор, как умерла моя сестра, я ни к кому так не относился.

- Я понимаю. Знаю, что Кенди важна для тебя. Но... мои чувства к ней иные... Я...

- Молчи! - прервал его Альберт, прикоснувшись пальцами к его губам и понизив голос так, что его мог расслышать лишь Арчи. - Я знаю. Есть чувства, которые человек чести не может раскрывать другим. Они доставляют одни неприятности. То, что ты говорил Энни, не должно повториться.

- Думаешь, Энни...? - спросил Арчи.

- Нет, не беспокойся. Она слишком занята, обвиняя во всем себя, чтобы понять твои слова. Сейчас мы вернемся, и ты снова станешь тем заботливым и любящим женихом, которым всегда был. Энни нуждается в тебе больше чем когда-либо. И Кенди хочет именно этого.

Молодые люди безмолвно вошли в комнату, скрывая страхи глубоко в сердце. Альберт сразу же принялся рассказывать, что он сделал, чтобы оградить Кенди от опасности.

Во время пребывания в Африке Альберт познакомился с молодым французским офицером примерно своего возраста. Они стали близкими друзьями. Когда к Альберту вернулась память, он попытался связаться со старым другом и ему это удалось. С тех пор они регулярно поддерживали отношения. Этот молодой человек оказался племянником высокопоставленного лица, маршала Фердинанда Фоша, человека, который сыграет в войне решающую роль. Альберт связался со своим другом и попросил, чтобы тот использовал влияние дяди и помешал Кенди отправится на передовую. Вскоре друг Альберта ответил, что мисс Кендис Уайт Одри будет прикреплена к одному из госпиталей в Париже и не будет участвовать в полевых операциях. Услышав это, Энни и Арчи почувствовали некоторое облегчение и нашли в себе силы прочесть прощальное письмо Кенди.

Они и представить себе не могли, что просьбы Альберта, ни влияние маршала Фоша не предотвратят встречу Кенди со своей судьбой.


Через два месяца от Кенди пришло первое письмо.



29 июня 1917

Дорогой Альберт,

Наконец-то мы приехали в Париж. Это первое письмо, которое я пишу, покинув Америку. Наверно, у тебя было множество проблем связи с моим отъездом. Непросто было сообщить всем о моем решении. Прости, что взвалила на твои плечи эту ответственность, но ты единственный, на кого я могу безоговорочно положиться.

Надеюсь, вы приняли мои доводы, хотя понимаю, что вы скучаете обо мне так же, как и я о тебе и всех наших друзьях. Помнишь свою поездку в Африку? Тогда ты шел за своей мечтой. Только так ты мог жить. Решение уехать во Францию имеет те же истоки. Я должна быть здесь. Иногда мне кажется, что я была рождена именно для этого момента. Я не говорю, что способна совершить что-то выдающееся, но здесь мое место. Едва приехав, я нашла множество причин остаться здесь.

С другой стороны, здесь не так ужасно, как говорят. Ко мне относятся очень мило. Да, это тяжелый труд, но мы настолько часто соприкасаемся с болью, что легко чувствуем доброту в чужих сердцах. Мы загружены работой, потому что персонала в больнице не хватает, чтобы позаботиться о каждом раненом солдате, прибывающем с Западного фронта. Но наградой нам служит сознание, что мы спасаем жизни.

Лишь одно меня тревожит: здесь так часто делают ампутации. Иногда мне кажется, что врачи слишком торопятся с решением ампутировать ногу или руку. Больно видеть совсем еще молодых людей, страдающих от сознания, что они лишились одной из частей тела. Помню, в прошлом году, когда я практиковала в больнице Джона Хопкинса, некоторые врачи испробовали новый метод под названием ирригация, чтобы не подвергать пациента ампутации конечности. Этот метод дал хорошие результаты, я мне бы хотелось предложить его использование здесь. Вряд ли это будет легко, ведь доктора не привыкли прислушиваться к мнению медсестер.

С радостью сообщаю тебе, что здесь я встретила старую приятельницу. Помнишь Флэмми, с которой я училась в медицинском училище? Представь себе, она здесь! Кроме того, она еще и главная медсестра! Представляешь? Помню, я говорила тебе, что мы никогда особо не ладили, но теперь наши отношения изменятся. Она так одинока, и мне хотелось бы стать ее другом. Так что пожелай мне удачи.

Передай Энни, что Париж действительно оказался таким, как она рассказывала. Этот город просто великолепен. Конечно, у меня нет времени на разглядывание достопримечательностей, но каждые две недели мне дают выходной на 10 часов. Я провожу это время, оглядывая окрестности, и кажется, что война скоро закончится. Так что я смогу увидеть Париж.

Я так занята, что не могу даже писать всем своим друзьям. Следующее письмо будет для Энни, потом для Арчи, а затем мисс Пони и сестре Лин и опять тебе. Имейте терпение и пересказывайте друг другу, что я пишу. Но не говори Энни об ампутациях, о которых я рассказывала. Она расстроится, а я этого не хочу.

С любовью, Кенди.



P.S. Во время путешествия мне исполнилось 19. Так что по возвращении я жду подарка.





6 августа 1917

Моя Дорогая Энни,

Не знаю, с чего начать это письмо. Альберт сказал мне, что ты чувствовала, когда узнала о моем отъезде. Энни! Ты не должна винить себя в этом!!!

Ты не могла изменить моего решения. И я о нем не жалею, хотя не хотелось бы причинять тебе страдания.

Здесь столько всего хорошего, намного больше, чем ты можешь себе представить. Я познакомилась со столькими хорошими людьми. Я делю комнату с прекрасной женщиной по имени Жюльен. Она старше нас примерно на 10 лет и уже замужем. Ее муж сражается на фронте, а она решила стать медсестрой, и это у нее прекрасно получается. Она очень хорошо ко мне относится и даже решила изучать английский, чтобы разговаривать со мной. Мило, правда? Я тоже изучаю французский, но боюсь, у меня туго с произношением.

Есть еще хороший парень, которого я встретила несколько дней назад, молодой доктор. Его зовут Ив. Он такой милый. Я случайно встретила его на улица, его собака погналась за котом, и я упала. Когда я вспоминаю об этом, не могу сдержать улыбки. Странно, что я не замечала его раньше, ведь мы работаем в одной больнице. После того случая мы часто видимся и работаем вместе. Он правда замечательный доктор... Ах, между прочим, если в твоей голове уже созрел план нашего сближения, должна сказать тебе, что подобным образом Ив меня не интересует. Мне пора, скоро мое дежурство, и Флэмми с ума сойдет, если я опоздаю. Завтра я отправлю это письмо. Прочти письмо, которое я напишу Арчи.

С любовью, Кенди.





24 сентября 1917

Дорогой Арчи,

Медсестра Кендис Уайт Одри, гордый член АЭК - американского экспедиционного корпуса - рада сообщить Вам, сэр, что с ней все в порядке. Слишком официально, да? Надеюсь нет, ведь я никогда не была официальна.

Просто дела союзных сил идут прекрасно. Но наверно, ты знаешь об этом из газет. Как только я приехала, началась операция по освобождению Фландрии, или Flandres, как это звучит по-французски. С тех пор в наш госпиталь поступают тысячи раненых солдат. Часть персонала отправилась на передовую, чтобы доставлять пострадавших с поля боя. Несмотря на усилия британцев и французов регион все еще находится контролем немцев, но все думают, что скоро союзники объединят усилия и сломят их сопротивление. Все мы надеемся, это им удастся.

Наши мальчики, я имею в виду наших солдат, еще не участвовали в боях, они лишь оказали поддержку в Белфорте. Но их прибывает сюда все больше. Так что Париж, хорошо охраняется. С божьей помощью это закончится раньше, чем мы думаем и я смогу вернуться домой, вот увидишь. Так что не волнуйся за меня.

Напротив, ты должен во всем поддерживать и оберегать Энни. Она очень чувствительна и нуждается в тебе больше чем когда-либо. Когда я вернусь, то в подробностях расскажу все. Что со мной произошло. Помни, через три месяца Рождество. Возьми у Альберта деньги и подари что-нибудь Энни от моего имени. Что-то красивое и роскошное, но очень изящное... Я доверяю твоему вкусу.

С любовью, Кенди.





1 октября 1917

Дорогие мисс Пони и сестра Лин,

Это мое первое письмо к вас с тех пор, как я 6 месяцев назад уехала из Америки. Понимаю, я пишу слишком редко, но моя работа не позволяет это изменить. Вы учили меня, что сначала нужно следовать своим обязанностям, а здесь столько людей, которые нуждаются в моей помощи и поддержке.

Не беспокойтесь за меня. Со мной все в порядке, но помолитесь о тех людях, которые умирают на моих руках. Иногда я ничего не могу поделать, чтобы облегчить их страдания и миль безмолвно произношу молитвы, которым вы мене учили. Вы так близки к Богу, так попросите Его, чтобы Он остановил это безумие. Как только люди могут причинять друг другу такую боль. Это возмутительно!

Иногда мне хочется убежать домой, в Америку, к вам. Но я понимаю, что мое место здесь. Я нужна этим людям так же, как вы нужны детям. Я никому не говорю о боли, которую чувствую, глядя на каждого раненого. Не волнуйтесь обо мне, и никому об этом не говорите, но молитесь, молитесь о них.

Большинство людей полагает, что на севере произойдет крупное сражение, через город по направлению границы с Бельгией проходит множество грузовиков с солдатами. Когда вы думаете обо мне, подумайте и об этих молодых людей, которые могут никогда не вернуться домой. Но я вернусь. Что-то внутри меня в этом уверено.

Я слышала, что этим летом Пати вернулась в Чикаго. Пожалуйста, передайте Энни, чтобы она обняла ее за меня. Думаю, она сможет поддержать Энни в любой ситуации. Может, вы пригласите их на рождественский ужин и отпразднуете Рождество, как в старые добрые времена? Энни это очень порадует. Я отправила Альберту распоряжения насчет вечеринки и подарков для детей.

С любовью, Кенди.



- Деточка моя, - проговорила мисс Пони, утирая слезы. - Она работает день и ночь, переносит такие страдания, но всегда думает о других. О рождественском ужине и подарках.

- Наша старая добрая Кенди, но более сильная, более заботливая, - ответила монахиня с гордостью, смешанной с печалью.

- Да, все мы должны очень гордиться ею.

- Мисс Пони, - ясные глаза сестры Лин пересекла тень. - Вам не кажется, что в воздухе витает что-то необычное?

- Что вы имеете в виду, сестра Лин?

Мисс Пони и сестра Лин провели вместе столько лет, что каждая улавливала малейшее изменение в настроении другой. Голос монахини был полон страха, и мисс Пони это совсем не понравилось

- Возможно, это лишь мое воображение, но когда вы читали строки, где Кенди просит нас молиться о ее пациентах...я... - голос монахини упал до едва слышного шепота, - сердцем я почувствовала, что мы правда должны молиться, молиться за нее.

- Сестра Лин!

- Наша Кенди в опасности, мисс Пони. Я чувствую это как, если бы я была ее матерью, - пробормотала женщина, всхлипывая.

В комнату ворвался холодный осенний ветер, взметнув листы календаря. На 1 ноября. С внезапным порывом перевернулись страницы журнала на столе мисс Пони. На одной из страниц можно было прочесть заголовок: "На французском фронте звезда сражается за свою страну".
Категория: Недавние фанфики | Добавил: Микурочка (11.02.2010)
Просмотров: 708 | Рейтинг: 5.0/2
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]

Форма входа

Поиск по сайту

Опрос

Сайт оказался для Вас полезным?
Всего ответов: 306

Статистика


Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Смотреть и скачать лучшие сериалы и мультсериалы

Раскрутка сайта, Оптимизация сайта, Продвижение сайта, РекламаКультура и искусство :: Кино

Каталог ссылок. Информационный портал - Старого.NETRefo.ru - русские сайты

Каталог ссылок, Top 100.Яндекс цитирования

Рейтинг@Mail.ru

http://candy-candy.org.ru/Сайт о Кенди

Семейные архивы