Воскресенье, 17.02.2019, 16:47
Приветствую Вас Гость | RSS

http://candy.ucoz.com

Главная » Статьи » Недавние фанфики


Перекресток (гл.1-2)
Автор: Роса Кармона

ПЕРЕКРЕСТОК
Глава 1
БОРЬБА С СУДЬБОЙ



Сидя за рулем своего автомобиля, он ехал по центральным улицам Чикаго. Отчасти он следил за уличным движением, отчасти размышлял о предстоящей встрече с адвокатом. После того, как четыре года назад на его плечи легла ответственность за состояние семьи Эндри, его жизнь стала просто адом. Двадцать третий день рождения - дата, определенная в завещании отца, - полностью изменил его судьбу.

Альберт нахмурил лоб, вспоминая отца, которого совсем не знал, но чье присутствие было столь же реальным, как и соседние здания. Взгляд на доли секунды остановился на изумительной зеленой листве, что появилась на ветвях деревьев после долгого зимнего сна. Ее сочный цвет напомнил о паре сияющих изумрудных глаз, которые когда-то взирали на него с глубокой любовью и нежностью.

Пона, милая моя сестра. Как тяжело тебе было потерять отца, когда ты была еще совсем юной. Как сильно ты должна была бы ненавидеть меня за то, что моё рождение стало причиной смерти нашей матери. Но ты всегда была добра ко мне. Ты была как цветок, прекрасный и по-весеннему недолговечный. И Энтони принес тебе столько счастья.

Но ни нежный ветерок, ни прекрасное утро, ни начало весны не могли развеять грустные мысли Альберта. Управление делами семьи день за днем; ограниченное высшее общество Чикаго, насквозь лицемерное и озабоченное исключительно сплетнями; бремя ответственности, необходимость оправдывать чьи-то ожидания... все это загнало его в клетку, из которой он не мог убежать.

"Если бы я только набрался смелости последовать за своей совестью и зовом сердца”, - думал он, выходя из машины у престижной адвокатской конторы "Вестон и партнеры”.

В отличие от того, что ожидали от одного из влиятельнейших миллионеров американской промышленности, Уильям Альберт Эндри-младший придерживался очень простого, даже строгого стиля жизни. Его одежда, элегантная и безупречная, мало соответствовала модным тенденциям, зато всегда была проста и удобна. Длинные светлые волосы, свободно падающие на плечи, придавали его облику неофициальный вид, нарушая строгие каноны, установленные светским обществом Чикаго.

Альберт не обращал никакого внимания на неизбежные слухи, ходящие о нем из-за положения в обществе, и не знал, что получил репутацию мятежника, которая еще больше подчеркнула окружающую его тайну. Его полная отстраненность от светской жизни, отказ участвовать в вечеринках, устроенных в его честь, редкие приемы, устраиваемые в его особняке в одном из престижнейших районов, все это, вызвало пристальное любопытство и уважение щепетильных деловых кругов. Тот факт, что молодой Эндри редко посещает светские рауты, придавал еще больше интереса его визитам и приветствовался среди джентльменов, которые считались с его взглядами и оценкой, и среди дам, очарованных его привлекательной внешностью и прекрасным чувством юмора. Очаровательный хозяин, дорогой и желанный гость, он вызывал восхищение у чикагской элиты, желающей почаще наслаждаться его обществом, и даже скептики, вначале предрекавшие ему неудачу в бизнесе по молодости лет и отсутствию опыта, признали его достоинства.

Фирма "Вестон и партнеры” вот уже три поколения представляла интересы семьи Эндри. Монтгомери Вестон, президент фирмы, был еще и близким другом отца Альберта, и взял на себя заботу о ребенке после смерти его родителей. Хотя младшего брата опекала Пона и приютила у себя в доме, после того, как вышла замуж, Монтгомери был ему наставником, пока юному Эндри не исполнился двадцать один год. И в этот день Альберту передавались все права и обязательства как наследнику и главе клана Эндри, согласно завещанию отца.

Монтгомери и Альберт, несмотря на редкие встречи, годами поддерживали дружеские отношения. В некотором смысле мужчина заменил Альберту покойного отца. Когда умерла Пона, и ее тринадцатилетний брат пребывал в полном отчаянии, наставник посоветовал ему поступить в Колледж Святого Павла в Лондоне. В окружении сверстников, в новой для себя атмосфере Альберт смог бы пережить свое горе и найти свой путь в жизни.

Молодой человек вошел в контору и вежливо поздоровался с администратором:

- Доброго вам дня, миссис Стюарт! Как ни встречу вас, вы с каждым разом становитесь все красивее.

Пятидесятилетняя матрона ласково улыбнулась, и ее глаза лукаво заблестели в ответ на его галантность.

- Думаю, что на следующее Рождество, Альберт, я подарю вам пару очков. Хотя если вы увидите меня такой, какая я есть, ваши визиты будут куда скучнее.

- Вы себя недооцениваете, - ответил он, чуть улыбаясь. - Я уверен, за прошлую неделю вы покорили множество сердец, не говоря уж обо всех детях, которые стали вашими преданными поклонниками после одной из ваших удивительных историй.

Слушая молодого человека, женщина вспоминала, каким он был пятнадцать лет тому назад. Хорошо образованный, нежный, чуткий, он был не по годам мудр и серьезен. И обожал слушать ее рассказы, когда изредка заходил в бюро к мистеру Вестону.

- Может быть, но никто из них не знает, как расплатиться со мной. Помните? Песню за рассказ, - отозвалась она, одарив его заговорщицким взглядом.

- Конечно! Как не помнить! До сих пор удивляюсь, как вы терпели, когда я играл на волынке, которую мне подарила сестра.

"Кенди была права, мелодия и вправду была похожа на ползанье улиток”, - тут же подумалось ему.

- Альберт, это было изумительно. Не обманывайте себя, у вас музыкальный слух. Уверяю вас, вы играли на этом странном шотландском инструменте с большим чувством. Вы были похожи на барда времен великого Уоллеса*1, играющего перед битвой.

Альберт отдал ей честь и попытался напеть заунывную шотландскую балладу. Получившиеся звуки напоминали необычное щебетанье.

- Не глупите, Альберт, - едва справившись со смехом, выдавила миссис Стюарт - Жаль, что вы не захватили с собой волынку. Но я все равно рада вновь встретиться с мальчиком, которому действительно нравились мои истории. Теперь этот мальчик вырос и уже не нуждается в том, чтобы его развлекали старики вроде меня.

- Вы преувеличиваете, миссис Стюарт, - прошептал он, чуть ли не усаживаясь ей на стол - Моя жизнь ужасно скучна.

- Может, потому, что вы этого хотите, - подмигнула она ему.

Альберт напустил на себя сердитый вид:

- Что за мысли витают в этой мечтательной головке?

Она понизила голос.

- Я знаю, что не должна слушать сплетни, но я абсолютно уверена, что в этом городе множество девушек были бы счастливы заполучить вас в поклонники.

Легкая тень скрыла улыбку собеседника. Всего лишь на мгновение, и миссис Стюарт даже не заметила.

- Вы не только хорошая партия, - продолжала она, - но и очень привлекательный мужчина. Если вы когда-нибудь женитесь, я первая вас поздравлю.

И тут зазвонил телефон. Миссис Стюарт взяла трубку и знаком показала Альберту, что мистер Вестон ожидает его у себя в кабинете. Молодой мистер Эндри улыбнулся ей в ответ и стал подниматься по лестнице на второй этаж. Монтгомери встречал его у двери кабинета.

- Альберт, мой дорогой мальчик, входи же! – поприветствовал адвокат визитера и пригласил войти.

В кабинете по-прежнему пахло деревом и сигарами. Альберт вдохнул его и на секунду снова почувствовал себя мальчиком, который пришел навестить своего учителя.

- Что привело тебя ко мне? – спросил Монтгомери Вестон, обняв молодого человека. - И как поживает твоя красавица протеже? Полагаю, это визит вежливости – ведь твои дела идут прекрасно, да и в личной жизни все в порядке. Ты слишком серьезен для своего возраста, мой мальчик. Твой отец гордился бы тобой, как горжусь я. Мне было очень легко быть твоим наставником.

Они уселись на диван, где частенько вели беседы. Альберт смотрел на Монти , отмечая, как тот постарел. Да и сам он уже не мальчик, полагающийся на своего наставника, но мужчина, который сам принимает решения. Эти мысли упрочили его уверенность в том, что его решение правильно.

- Бренди, виски? - предложил Монтгомери.

- Спасибо Монти, но еще слишком рано, чтобы пить, - ответил Альберт, стряхивая с рукава невидимую пылинку.

Монтгомери похлопал его по спине.

- Как хочешь, но я думаю, тебе не стоит пренебрегать теми немногими радостями, которыми может наслаждаться джентльмен. Ты слишком серьезно смотришь на жизнь, а ведь тебе всего двадцать семь. Ах да! Пока не забыл. На следующей неделе моя жена устраивает прием, в честь дня рождения дочери. Почему бы тебе не прийти вместе с Кенди?

Альберт ничего не ответил. Неужели Мелисса уже почти женщина? Слова Монти напомнили ему о дне рождения Кенди: ей вот-вот исполнится двадцать один. День ее рождения в мае, ровно через пять недель.

- Не знаю, смогу ли, Монти. Именно поэтому я здесь. Я собираюсь уехать, и должен оставить массу распоряжений. Так случилось, что я тоже готовлю прием в честь Кенди. Хотя вы знаете, по мне - традиции чикагского высшего общества старомодны и консервативны, но, может, пора позволить Кенди насладиться вечером, устроенным в ее честь. Теперь, когда она вот-вот достигнет совершеннолетия, все должны признать ее как члена нашей семьи и ее права как наследницы. С этого дня моя опека ей больше не понадобится.

Монти ему одобрительно улыбнулся:

- Ты совершенно прав, Альберт. Тебе тоже необходим отдых. Последние четыре года ты только и занимался делами. Тебе нужно научиться меньше работать и больше радоваться жизни. Думаю, Мелисса поймет, если ты не придешь. В ее возрасте у девушек на уме один флирт, и ее многочисленные поклонники об этом позаботятся.

Альберт встал и подошел к окну. На улице было полно народа: мальчишки-газетчики возвещали о свежих утренних выпусках, маклеры спешили в Торговую палату, служащие твердым шагом шли к себе в конторы. Монтгомери, привыкший к внезапным молчаливым паузам бывшего подопечного, отвлекся и мысленно подвел итоги рабочего дня. Молодой человек вновь заговорил, прервав его раздумья.

- Правда в том, что я устал от жизни в Чикаго. Я хочу уехать, но не знаю, на сколько времени. Возможно, на несколько лет. Вы прекрасный коммерсант, и я хочу, что бы именно вы вели мои дела, до моего возвращения.

Улыбка застыла на губах Монтгомери Вестона. Он ушам своим не верил. Мысль тут же лихорадочно заработала, ища доводы, чтобы убедить Альберта передумать.

- Я всегда беспрекословно исполнял волю отца и внимал вашим наставлениям, - продолжал молодой человек, - за исключением пяти лет, что я прожил самостоятельно, совсем не так, как полагается члену семьи Эндри. Лучшего подарка, чем это время моей свободы, я не получал от вас, Монти. Когда мне исполнилось восемнадцать, и я закончил Колледж Святого Павла, вы пообещали мне свободу с двумя условиями: по достижении двадцати трёх лет я должен быть готов вступить в права наследования, и изучить право. Я жил как хотел, и очень благодарен вам за это, но и свое обещание я сдержал: я изучал право, и еще зоологию, потому что животные – моя страсть. И когда пришел срок, я вступил в права и взял на себя обязанности главы семьи. Тем не менее, прошло четыре года, а я все еще не могу привыкнуть. Я больше не хочу жить такой жизнью.

Альберт вздохнул, не отрывая взгляд от окна. Он словно скинул тяжкий груз с плеч. Душа пела и ликовала в предвкушении того, что теперь он может сам распоряжаться своей жизнью. Свободен. Наконец, я свободен - думал он.

Монти подошел к нему и положил ему руку на плечо. Альберт повернулся, и при виде выражения лица бывшего наставника ему стало больно в груди.

- Ты же знаешь, что это невозможно, - отвечал адвокат. И молодой человек, слушая его, с горечью сознавал: Монти никогда его не поймет. – Мне бы первому хотелось, чтобы ты был счастлив и сам выбирал свой путь. Но ты не можешь отказаться ни от своего имени, ни от своих обязательств. Если бы я позволил своей привязанности к тебе одержать вверх, я бы, вероятно, посоветовал следовать зову сердца, но я - человек чести, и не могу позволить тебе так поступить. Я был бы плохим наставником, если бы не предупредил, что ты совершаешь ошибку. У меня нет права остановить тебя; ты - хозяин своей судьбы, но ты не можешь переложить свою ответственность на мои плечи. От тебя многие зависят, Альберт. От твоих решений, от твоих поступков, от твоих деловых качеств. В тебе есть все, что необходимо для твоей роли. В твоих руках находятся средства, с помощью которых можно изменить существующий мир. Да и я уже стар. У меня нет твоей молодости, энтузиазма, силы, идей, как увеличить доход семьи Эндри. Я бы мог управлять всем в твое отсутствие, но твой отец хотел, чтобы состояние Эндри помогло изменить жизнь. И я думаю, что в глубине души ты хочешь того же. Ты так на него похож! Только человеку вроде тебя под силу справиться с этим. Ты можешь сделать очень многое. Подумай об этом, Альберт, перед тем, как принять окончательное решение. "Вестон и партнеры” может сохранить твое состояние, даже увеличить, но взять и изменить общество мы не в силах. Это можешь только ты!

Альберт признал, что в суровом ответе наставника есть доля истины, но понимание не облегчало тяжкого бремени на душе. Стоило представить свою жизнь в Чикаго, в плену богатства и нежеланных обязательств, как его пробрала дрожь. Однако чувство долга победило, и молодому человеку стало совсем тоскливо.

Почувствовав отчаяние Альберта, Монти попытался найти решение, которое устроило бы их обоих.

- Мой мальчик, я думаю, тебе необходимо отдохнуть. Я серьезно. Последнее время ты очень напряженно работал, и заслужил отдых. Наслаждайся отпуском и, пожалуйста, подумай о моих словах. Я буду управлять делами, столько, сколько потребуется. Я знаю, что ты примешь правильное решение... А теперь позволь мне еще раз предложить тебе выпить. Нам обоим это необходимо.


В особняке Эндри было тихо. Немногочисленные слуги, которых оставил непритязательный хозяин, уже давно улеглись. Сам он единственный не смыкал глаз, и в доме, укутанном тьмой, остались освещенными лишь его покои. Верный Клин лежал у его ног, а Альберт внимательно читал документы, которые нужно было проверить за ночь. Он, наконец, решил, что последует совету Монти. Возьмет год на размышление, и будет искать ответы на терзающие его вопросы и сомнения. Он рассчитал, что для завершения всех дел понадобится, по меньшей мере, два месяца, и на то чтобы упрочить положение Кенди в семье, и на то, чтобы разработать маршрут в Африку

Когда он изучал зоологию в университете, африканская фауна привела его в восхищение, особенно большие антропоиды*2, живущие семьями предположительно в Заире, на склонах вулканического хребта Вирунга*3, севернее озера Киву. Изучение горилл в естественной среде обитания казалось захватывающим и полезным для науки опытом - ведь по этому вопросу не имелось никаких опубликованных данных.

Альберт не мог не порадоваться открывшейся перед ним перспективе. Кровь быстрее помчалась по жилам, а беспокойные мысли разбегались кто куда. Его переполняла энергия, планы, мечты. Он представлял себе, как будет жить, опираясь исключительно на собственные силы и сообразительность, вдали от цивилизации и дурацких правил. Жить в согласии с природой, в прекрасной и дикой стране, любуясь прекраснейшими закатами на земле, наслаждаясь каждой секундой и тем, что самому приходится добывать себе пропитание.

Погруженный в свои грезы, он не заметил, как открылась дверь, и кто-то бесшумно вошел в комнату. Только легкое прикосновение к плечу вернуло его к действительности.

- О чем вы думали, Альберт? - спросил звонкий и в то же время мягкий женский голос – У вас такой счастливый вид... Я не хотела вас беспокоить.

Альберт поднес ее руку к губам и нежно поцеловал:

- Извини, Кенди. Я не слышал, как ты пришла. Ты уже ужинала?

Она равнодушно пожала плечами:

- Я не хочу, Альберт. Сегодня в больнице было очень много работы... Я просто умираю от усталости.

Его синие глаза не сводили с нее серьезного взгляда:

- Кенди, иногда ты ведешь себя как ребенок! Волнуешься за своих пациентов и всегда забываешь о себе. Пойдем! Думаю, Ханна оставила тебе что-нибудь на кухне.

Кенди почувствовала, что от усталости не может больше стоять, и опустилась на ближайший стул.

- Но, Альберт, я так устала... В меня ничего не влезет - у меня просто нет сил.

Он взял ее за руку. Прочитав в его глазах твердую решимость, Кенди беспрекословно отправилась за ним следом, едва сдерживаясь, чтобы не заснуть на ходу.

- Вы работаете даже больше чем я, - прошептала девушка, когда они спускались по лестнице. - Сейчас уже третий час ночи, почему вы не спите?

Молодой человек ласково посмотрел на нее и сжал ее ладошку. Маленькую, но привычную к тяжелой работе.

- Разве я мог лечь спать, не проследив, чтобы ты поужинала? Меня очень беспокоит, что ты не заботишься о себе, - ответил он.

Двое полуночников вошли в кухню. Как Альберт и предполагал, Ханна оставила для них мясо и салат. Хотя Кенди и казалось, что у нее совершенно нет аппетита, она почувствовала, как голодна.

Усевшись за стол, и наблюдая за тем, как Альберт подогревает мясо, девушка, как всегда, завела рассказ о своем рабочем дне. Они стали собираться на кухне с тех пор, как снова зажили в одном доме четыре года назад, с того самого дня, когда он положил конец претензиям Нила Лэгана. Лучшего подарка она не могла и пожелать, не считая приглашения жить вместе с ним в чикагском особняке Эндри, где они могли заниматься своими обязанностями и наслаждаться обществом друг друга.

Беседуя с Альбертом после трудного дня, наблюдая, как расторопно он готовит ужин, Кенди чувствовала себя как дома, в тепле и безопасности. Казалось, ее друг и опекун всегда точно знает, что ей нужно, и угадывает ее малейшие желания. В какой-то степени, он заменил ей родителей и брата, которых у нее не было. Он стал ее семьей, и это согревало душу.

- А знаете, Флемми вернулась, - продолжала Кенди – Когда закончилась война, шесть месяцев назад, ее наградили орденом за мужество. Сейчас она главная медсестра в хирургическом отделении. Знаете, несмотря на то, что прошло столько времени, она, кажется, все еще меня недолюбливает. Я рада работать под ее руководством, ведь она столько всего знает. Если б у меня хватило смелости поехать за ней на фронт…

Альберт стоял спиной, и поэтому девушка не видела, что на его лице мелькнул страх. От одной мысли, что жизнь Кенди могла оказаться в опасности, сердце наполнилось болью и страхом. Но он ничего не сказал, поскольку с детства научился скрывать от других свои страхи и истинные чувства. И девушку он тоже пугать не хотел. Он с трудом завоевал ее доверие, и теперь она делилась с ним своими заботами, а не оставалась с ними один на один, как раньше.

- Она всегда говорила, что я легкомысленна, что меня больше волнует кокетство, чем работа, - продолжала Кенди, не подозревая о мыслях Альберта.

- Готово, - объявил он и подошел к столу с дымящейся тарелкой в руках. Поставил ее, а девушку поцеловал в щеку. - Не волнуйся о Флемми. Она скоро поймет, что ты замечательная медсестра. Я живое этому доказательство, - добавил он, садясь рядом, и принялся чистить апельсин.

Кенди серьезно посмотрела на него.

- Альберт... спасибо, - тихо ответила она с едва различимой нежностью в голосе - Спасибо тебе за то, что ты заботился обо мне все это время. Спасибо, что был рядом, столько раз помогал мне. Если бы не ты, я бы, наверное, умерла от горя, когда узнала, что Терри женился на Сюзанне. Хотя я считала, что успела его забыть, все равно, где бы я ни была, я всегда буду помнить эту любовь. Теперь, от нее остался разве что глухой отзвук, а не буря, которая бушевала во мне раньше. Спасибо, Альберт, за то, что терпишь меня. Я ведь знаю, это нелегко.

Он взглянул в ее глаза, пытаясь передать ей все свое сочувствие; ему хотелось, что бы время шло быстрее и залечило ее сердечные раны.

- Кенди, - прошептал он, - время излечивает раны, любые раны. Ты сильная женщина, Кенди, ты полна энергии и страсти. Когда-нибудь ты полюбишь снова. Это не значит, что ты забудешь Терри; я уверен, что и он не забыл тебя. Ты просто научишься быть счастливой, и воспоминания о нем будут приносить не боль, а нежность большой любви, которую ты испытала.

Она знала, что он прав, но даже мысль о том, чтобы забыть Терри, причиняла ей большие страдания. Я не хочу никого другого. Я хочу жить и всегда помнить о нем. Но сколько боли это приносит!

- Альберт! - разрыдалась Кенди и уткнулась лицом в ладони. - Ну, почему? Почему я не могу забыть его?

Он ничего не ответил, только распахнул объятия. И в них девушка укрылась от ада, царившего в ее душе. Она села ему на колени и спрятала лицо у него на груди, орошая рубашку горячими слезами. Он укачивал ее как маленькую, гладил по голове и напевал старую шотландскую колыбельную, пока девушка не заснула. Он отнес ее в спальню, и бережно уложил на кровать.

Твоя печаль утихнет, Кенди. Я тебе обещаю. Придет день, и ты снова будешь счастлива.


*1Уоллес – Уильям Уоллес, национальный герой Шотландии, вдохновитель войны за независимость против Англии в конце XIIIв.

*2Антропоид – человекообразная обезьяна.

*3Вулканический хребет Вирунга имеет место быть в Центральной Африке. В него входит и вулкан Карисимби..


Глава 2
ВОСПОМИНАНИЯ



Она бежала на вершину холма. Ветер мягко играл ее золотистыми волосами, солнце в зените окрашивало щеки румянцем. На лбу выступили капельки пота, и она остановилась передохнуть. Расшнуровала ботинки и пошла босиком по зеленой травке. Взглянула на синее небо и поразилась: какая вокруг красота! Холм Пони был восхитительно прекрасен. На секунду она закрыла глаза, впитывая всей душой этот миг блаженства. А когда открыла, то увидела Терри, беззаботно развалившегося рядом с чувственной улыбкой на губах. Его темные глаза смотрели на нее и не могли оторваться, а пальцы нежно гладили ее по щеке… Но на лице застыла безмерная печаль, которая эхом отозвалась в душе девушки. Кенди провела рукой по каштановым локонам его волос. "Что с тобой, Терри? Мы сейчас вместе, на холме Пони, как всегда мечтали". Он ответил, но не словами. Только обнял ее за плечи, притянул к себе и поцеловал. Страстно и нежно, но от этого поцелуя ее душа преисполнилась горечи. Не размыкая губ, Кенди увидела слезы в глазах любимого. Она было хотела вытереть их, но Терри не позволил. Он пробежался ладонями по ее телу, словно хотел оставить на ней телесный отпечаток своей любви. Кенди испугалась и закрыла глаза. Когда же вновь открыла их, то Терри уже не было.

Холм Пони сменился элегантно обставленной комнатой с террасой, что вела в сад, полный роз. Высокий блондин с длинными волосами непринужденно прислонился к балюстраде и читал книгу. Альберт - Кенди сразу его узнала. Он повернулся к ней лицом и одарил своей восхитительно ласковой улыбкой, однако в глазах его читалась бесконечная боль. Кенди увидела, что его белоснежная рубашка чем-то запачкана. Пожалуйста, подойдите поближе, позвала она. Альберт подошел, и у него на груди слева стало заметно ярко-красное пятно. Вы ранены Альберт! - воскликнула Кенди. Он кивнул и пожал плечами, словно считал свою рану пустяком. Разрешите, я помогу вам - попросила она. Он покачал головой и, опустившись на колени рядом с ее постелью, нежно поцеловал ей руку. Кенди увидела, что грудь ему проткнул большой шип, и попыталась вытащить его, но отчего-то руки ее не слушались. Альберт вновь улыбнулся. Ничего страшного, будто вымолвил он и ушел. Она хотела пойти за ним, но тело отказалось подчиняться. А Альберт тем временем исчез в нежной дымке горизонта. Девушку охватила невыносимая боль.

-Мисс Кенди…Мисс Кенди… успокойтесь… Ш-ш-ш!

На лоб опустилась мягкая ладонь, вернув Кенди к реальности. Очертания комнаты с террасой таяли, таяли, наконец, вообще растворились в темноте; тело вновь начало подчиняться рассудку, и Кенди смогла открыть глаза. Над ней склонилось доброе улыбающееся лицо. Девушка попыталась подняться.

- Не надо, мисс Кенди, не вставайте, - сказала Ханна, укладывая холодное полотенце ей на лоб. - Разве вы не чувствуете, что вся горите в лихорадке?

В девичьих глазах откровенно читалось недоверие, но трезвая рассудительность медсестры взяла верх, и Кенди начала отмечать признаки болезни, которые ранее проглядела. Сухость во рту, саднящее горло, общая слабость и чугунная голова.

Экономка взбила подушки и расправила скомканные простыни, чтобы молодой хозяйке было удобнее.

- Но вчера я чувствовала себя хорошо, - возразила девушка, принимая заботу, - и меня ждут в больнице.

- Мистер Альберт уже позвонил в больницу и предупредил, что вы заболели. Доктор Петерсон обещал приехать сразу же, как закончит утренний обход, - с этими словами Ханна подала заболевшей хозяйке какой-то горячий напиток. Несмотря на довольно неприятный вкус и боль в горле, та молча выпила его.

- Ханна, неужели мои дела так плохи? - спросила Кенди, откидываясь на подушки. Ее начинало лихорадить. - Я не могу позволить себе долго болеть, в последнее время в больнице слишком много пациентов.

Немолодая женщина с долей суровости посмотрела на больную:

- Мисс Кенди, вы слишком много работаете. Мистер Альберт сильно о вас беспокоился. Вы пропустили завтрак, и он попросил меня подняться за вами. И как только я вас увидела, сразу поняла, что вы заболели. Знаете, почему вы заболели? Потому что не едите как следует, и вам не хватает сил, чтобы столько работать. Сейчас для вас главное - выздороветь.

Кенди слабо улыбнулась:

- Наверное, вы правы Ханна, и Альберт тоже... Кстати, спасибо за замечательный вчерашний салат.

Экономка залилась румянцем, отвернулась и продолжила уборку в комнате.

- Знаете, когда вы разбудили меня, я видела странный сон. Я точно не помню, о чем он, но помню, что Альберт был ранен. Я хотела помочь ему, но не смогла. Как вы думаете, что это может значить?

Ханна наклонилась к Кенди:

- Не думайте об этом. Сейчас вам надо поспать. Вот сок и вода на тумбочке. Вы должны много пить и находиться в тепле, пока не поправитесь.

Кенди послушно закрыла глаза, чувствуя, как ласковые женские руки завязывают ей спутанные волосы. Она не знала, чем Ханна ее напоила, но головная боль медленно отступала. Когда экономка покинула комнату, девушка уже спала глубоким сном.


В разгар полудня у парадного входа в особняк Эндри остановился роскошный автомобиль, и из него, оживленно болтая, вышли две девушки.

- Я и представить себе не могла, что моя милая Патти научится водить машину. У тебя и вправду прекрасно получается!

Энни чмокнула спутницу в щеку, и подруги стали подниматься по лестнице. Девичье лицо пылало от восторга. Ведь если Патти смогла научиться водить, значит, сможет и она. Вот Арчи удивится! Хватит ему считать ее робкой послушной девочкой.

- Я тоже не могла, Энни, - ответила Патти. - Это все благодаря моей кузине Мардж из Нью-Йорка. Полтора года назад она взяла меня с собой на собрание, и я познакомилась там с удивительными женщинами. Они борются за равноправие, и когда их слушаешь, то кажется, можно горы свернуть.

Энни широко распахнула глаза и приложила пальчик к губам, призывая подругу замолчать.

- Патти, прошу тебя, не хвастайся здесь такими знакомствами, - она перешла на шепот. - Подобные собрания в Чикаго не приветствуются.

Собеседница не смогла удержаться от смеха.

- Ну и что, Энни? Я поняла, что у меня с ними много общего. Мне все равно, что говорят другие…

Энни от беспокойства закусила губу. Она не могла поверить, что за эти несколько лет ее подруга совершенно изменилась. Когда они только познакомились, Патти была еще застенчивее, чем сама Энни, да и смерть Алистера стала для нее ударом. Теперь же она стала намного уверенней в себе, решительней, не говоря уже о более чем либеральных взглядах. Если раньше Патти переживала из-за своей непримечательной внешности, то теперь, благодаря своему очарованию и тяге к общению, она могла пробудить интерес у любого мужчины. Энни улыбнулась, вспомнив последнего отвергнутого поклонника Патти, англичанина по имени Руперт Бьючемп.

- … кроме того, женщинам очень важно получить некоторое влияние в политике государства, - продолжала Патти, не обращая внимания на размышления подруги.

Энни тотчас сменила тему. Ей совершенно не хотелось касаться политики: ни раньше, ни теперь. Не женское это дело. У нее и так хватает забот об Арчи и их доме, с тех пор, как они полгода назад поженились. Энни была чрезвычайно счастлива. Арчи так внимателен, так предупредителен… Если бы можно было поскорее родить ему ребенка, тогда ее счастье было бы абсолютным.

- Бедный Руперт… Как он, наверное, страдает из-за твоих взглядов.

Патти слегка нахмурилась. Ей стало ясно: Энни вовсе не интересно слушать о том, что может пошатнуть упорядоченный мир, в котором она живет. Мир, где у мужчин и женщин совершенно разные и давно установленные роли; мир в котором женщине предначертан лишь один путь: выйти замуж, нарожать детей, заботиться о них, о муже и о доме, в то время как мужчины занимались всем остальным. Патти была уверена, что Алистер одобрил бы широту ее взглядов, в отличие от недалекого светского общества, в котором она жила сейчас. Алистер… Его имя по-прежнему заставляло сердце трепетать.

- Меня не интересует Руперт. Впрочем, как и все остальные, - ответила Патти, отгоняя болезненные воспоминания.

Между тем гостьи поднялись на крыльцо, и Мэдсен, дворецкий, открыл им двери.

- Миссис Корнуэлл, мисс О'Брайан… Рад видеть вас в особняке Эндри, - произнес он, склонив голову в знак приветствия.

Энни и Патти улыбнулись в ответ и прошли в общий зал.

- Мы приехали навестить мисс Эндри. Она дома?

С невозмутимым лицом, как и положено хорошему слуге, Мэдсен сообщил им о болезни Кенди.

- А мистер Эндри здесь? - спросила Патти, в ее голосе скрывалась тревога.

Мэдсен проводил молодых леди к мистеру Эндри в кабинет. Услышав их имена, Альберт поднялся и поспешил встретить девушек.

- Патти, Энни… Какая приятная неожиданность! - воскликнул он и расцеловал подруг своей воспитанницы.

Желанные гостьи уселись на огромный диван в стиле ампир, занимающий всю правую часть кабинета. Хотя они и прежде бывали здесь, обстановка кабинета впечатляла и по сей день своей экзотичностью. На каждой стене висели изображения прекраснейших животных, известных миру; в углу стояло чучело африканской гориллы в натуральную величину, а с потолка спускалась большая японская лампа с подвешенными к ней красивыми бумажными восточными птицами. Балкон, как обычно, был открыт, и комнату заливал яркий солнечный свет.

- Мне бы хотелось, чтобы вы как-нибудь научили меня делать такие фигурки, Альберт, - сказала Патти, очарованная птичками на абажуре.

- В любое время, - улыбнулся хозяин кабинета и осведомился, не хотят ли дамы что-нибудь выпить.

Энни глянула на свои часики.

- Альберт, как насчет чая? - предложила она. - Уже почти пять.

Эту английскую традицию глава семьи Эндри не соблюдал, но, зная, что Энни обожает играть в идеальную хозяйку, распорядился принести чай.

- Спасибо, Альберт, - поблагодарила девушка и заговорила о другом. - Нам сказали, что Кенди заболела, что с ней?

- Слава Богу, ничего серьезного, - с тихим вздохом ответил Альберт. - Сегодня утром ее осмотрел доктор Петерсен, и сказал, что это небольшая простуда. Кенди необходимо как следует отдохнуть, и через неделю она снова будет в порядке…

Две подруги улыбнулись, радуясь хорошим новостям.

- Так или иначе, нам повезло, что мы вовремя заметили. Она такая упрямая!

Энни внимательно наблюдала за собеседником, рассказывающим о своей протеже. Для нее было совершенно очевидно, что Альберт - идеальная пара для Кенди. Он, вне всякого сомнения, влюблен в нее. За исключением ее собственного мужа, он самый внимательный и очаровательный мужчина из всех, кого она знала. Почему же Кенди ничего этого не видит? Почему она так слепа? В душе у Энни нарастал гнев. Мысли Кенди продолжает занимать Терри. А Альберт… не знаю, как он все еще живет в одном доме с ней, скрывая свои чувства. Эти четыре года, должно быть, были для него настоящей пыткой, особенно, когда Кенди была раздавлена известием о свадьбе Терри. Альберт убежден, что она никогда не забудет Терри, и поэтому никогда не откроет ей своих чувств.

Колокольчик возвестил о появлении Марты, горничной. Энни взяла на себя роль хозяйки дома и мигом указала, где накрыть чай. Альберт, поглядывая на нее с легким весельем, расспрашивал ее о браке с Арчи. А Патти прохаживалась по комнате. Она всегда обожала животных. Она вспомнила свою черепашку. Альберт позаботился о бедняжке, когда ее хотели выкинуть из школы Святого Павла. Патти вспомнилось, как защищала ее Кенди перед сестрой Грей, и была наказана вместо нее. Благодаря смелости подруги ее милая Хьюли получила свободу.

Патти взглянула на Альберта. Нельзя отрицать, у него приятная наружность и большое сердце. Он благороден, жизнерадостен. Патти закрыла глаза и попыталась обуздать свои чувства. Она долго убегала от себя, но признать все же придется - она влюбилась в Альберта. И могла точно назвать день, когда ее отношение к опекуну подруги начало меняться.

Год назад… Вы сидели в баре… Вы надвинули на глаза шляпу, но я сразу же узнала вас, как только увидела. Мы с Мардж возвращались с заседания, которое состоялось поблизости, в совершенно неподобающем месте - ради нашей безопасности. Мы проходили мимо бара, и я увидела вас. Вы пили в одиночестве. Я попросила Мардж пойти вперед, а сама осталась наблюдать за вами. Вы пили так, словно хотели залить мучительную боль, которой уже невозможно вынести. И в моей душе всколыхнулись чувства, которые когда-то смог пробудить во мне Алистер. Я понимала, каково вам. Вы сходили с ума от ревности. В это самое время Кенди была убита известием о свадьбе Терри и Сюзанны. Вы всегда утешали ее, всегда были готовы выслушать. Но кто утешит вас? В ваших глазах я прочла больше, чем узнала о вас за все шесть лет нашего знакомства… Альберт, вы были и остаетесь неразгаданной тайной. Под спокойствием и немногословностью скрывается пламя и страсть. Я видела, как вы пытались забыться в объятиях одной из тех женщин, без которых не обходится ни одно подобное заведение, видела, как вы разрыдались у нее на груди, пока не пришли в себя. Я видела, как страдает ваша душа, как беззвучно она плачет, как благородно жертвует собой… Вы извинились перед женщиной, заплатили ей, и вышли из бара. И совершенно не заметили, что за вами кто-то наблюдает, что мое сердце бьется так близко от вашего.

Патти, поглощенная своими мыслями, не замечала, что на нее с любопытством поглядывает Альберт. Внезапно, она почувствовала на себе его пристальный взгляд, и, пытаясь скрыть смущение, отвернулась и обратила внимание на бумаги, разложенные на рабочем столе. Там лежала карта Заира с прочерченным на ней маршрутом. Девушка все поняла и без объяснений. Альберт уезжает...

- Патти, - раздался голос Энни, - не хочешь выпить чаю? Он уже остывает…

Девушка направилась к подруге и хозяину кабинета. В голове ее царил полный хаос. Дура, не позволяй им догадаться, что ты расстроилась, мысленно приказала себе Патти.

- …Теперь, когда вы обе здесь, я бы хотел попросить вас об одолжении, - начал Альберт, когда Патти подошла ближе. - Мне очень нужен ваш совет и ваша помощь.

Он помолчал минуту, обдумывая, как лучше изложить свой план. Девушки выжидающе смотрели на него.

- В следующем месяце - день рождения Кенди. Как вы знаете, ей исполнится двадцать один год. И я хочу устроить прием, что-то вроде официального выхода в свет. Я понимаю, что подобные мероприятия устраиваются, когда девушке исполняется восемнадцать, но тогда отпраздновать это событие у нас не получилось. Теперь я хочу загладить свою вину перед Кенди. Вы поможете мне все приготовить для приема?

Патти и Энни переглянулись. Они ничего не сказали, но загоревшиеся волнением и восторгом взгляды были достаточно красноречивы.

- Прислугу и украшение дома я беру на себя, - вызвалась Энни.

- И не волнуйтесь о деньгах, Энни. Не стесняйтесь, тратьте, сколько сочтете нужным. Я хочу, чтобы этот прием стал незабываемым, - заверил Альберт.

Энни радостно засмеялась, предвкушая организацию самого потрясающего приема в Чикаго в честь своей подруги

- Тогда я помогу разослать приглашения, приглашу музыкантов и закажу цветы, - предложила Патти.
Категория: Недавние фанфики | Добавил: Микурочка (11.02.2010)
Просмотров: 389 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]

Форма входа

Поиск по сайту

Опрос

Сайт оказался для Вас полезным?
Всего ответов: 306

Статистика


Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Смотреть и скачать лучшие сериалы и мультсериалы

Раскрутка сайта, Оптимизация сайта, Продвижение сайта, РекламаКультура и искусство :: Кино

Каталог ссылок. Информационный портал - Старого.NETRefo.ru - русские сайты

Каталог ссылок, Top 100.Яндекс цитирования

Рейтинг@Mail.ru

http://candy-candy.org.ru/Сайт о Кенди

Семейные архивы